— А он себя найдёт? — обеспокоенно спросила Галка.
— Конечно, солнышко.
Ночью в супружеской спальне Анна проснулась оттого, что над ней нависло белое приведение. У любого другого человека случился бы сердечный приступ, но Анна была матерью со стажем, поэтому она лишь по-совиному уухнула, а потом тихо-испуганно спросила:
— Что случилось, солнышко?
В ответ раздались детские всхлипы:
— Мам, а если Борька не найдёт себя? А если он навсегда потеряется?
На последних словах Галка разревелась. Рядом зашевелился отец семейства, пробормотал, что-то вроде «и чего вам не спиться по ночам» и отполз на самый край кровати — подальше от полуночников.
Анна с обреченным вздохом прижала приведение к груди и замотала в своё одеяло.
— Он обязательно себя найдёт, а даже если сам не справится, то ему поможет девушка, в которую он влюбится.
— У мальчиков так бывает? — догадалась Галка.
— У всех, — подтвердила мама, она тихо засмеялась, думая о чем-то своём и обнимая засыпающую дочь.»
Галка вошла в роскошный пентхаус брата и поначалу подумала, что ошиблась адресом. Долбила музыка, кругом дым и душный угар, по квартире ходили незнакомые и смутно знакомые люди, в основном молодые, трезвых не было. Она обошла всю квартиру в поисках брата и обнаружила его в дальней спальне, спящим на кровати среди бардака.
Галина с трудом растолкала его, Борис открыл глаза и очень удивился, увидев рассерженную сестру.
— О, Галка, а ты откуда?
— От верблюда, — хмуро ответила сестра, — что здесь происходит?
— А что происходит? Все нормально, — Боря потянулся и сел в кровати. — Родители наши от меня отказались. — Он со вздохом развел руками. — Вот я выживаю, как могу.
— Брат, так нельзя, ты уже на человека не похож.
Галка с укором смотрела на небритого Бориса.
— Только не пытайся меня лечить, я сам знаю, как мне жить, и ни у кого спрашивать мнение на этот счет не собираюсь, — недовольно ответил Борис.
— Да делай ты что хочешь! Разве я когда-нибудь учила тебя жить? Но Боря, сейчас это уже перебор. Брат, если тебе нужны деньги, ты всегда можешь их взять у меня. Почему ты у меня не спросил?
Она открыла сумочку и, недолго покопавшись в ней, вытащила пластиковую карточку.
— Это моя зарплатная карта, я почти ничего не тратила оттуда, на ней должна быть неплохая сумма, тебе хватит на первое время, а потом будет поступать зарплата. Если тебе нужно будет еще, только скажи, и я перечислю.
Она вложила ему в руку кусочек пластика.
Борис перевел заторможенный взгляд на цветную карточку в своей ладони и завис на несколько секунд. Потом вернул пластик Галине и обхватил голову руками. Сестра с поникшим видом сидела рядом. Наконец Боря тихо сказал:
— Возможно, родители и правы. Брать заработанные тобой деньги — это дно, даже днище.
— Мне никогда ничего не будет жалко для тебя, брат.
— Я знаю, Галка, мне тоже. Только мне предложить тебе нечего. — Он снова тяжело вздохнул и продолжил. — Я завтра поеду поговорить с отцом. Не говори им пока, сюрприз сделаю.
Галина обрадованно обняла Бориса, а он грустно спросил:
— Ты тоже считаешь меня неудачником?
— Я считаю тебя самым лучшим братом на свете, — тихо и искренне ответила Галка. — Я очень жду тот день, когда ты уже найдешь себя, Боря.
Глава 4
Утром следующего дня Борис Быков, побритый и ослепительно улыбающийся, вошёл в родительский особняк и сразу отправился в столовую. Родители и Галина завтракали и очень обрадовались при виде Бориса. Он поцеловал мать и сестру, поздоровался с папой. Увидев в глазах родных людей неприкрытую радость и облегчение Борис почувствовал стыд, что заставил дорогих людей переживать.
После завтрака отец и сын, не сговариваясь, пошли в кабинет.
Ярослав Борисович и Борис Ярославович сели друг напротив друга в одинаковые кресла в одинаковых позах, сцепив перед собой руки в замок, приготовившись к долгому, сложному разговору.
— Я хочу обсудить условия мирного договора, — с едва заметной ироничной улыбкой начал разговор Борис.
— Прекрасно.
На лице отца, как в зеркале, отразилась насмешливая улыбка сына.
— Ты ведь не отступишься от идеи отправить меня на круизный лайнер?
— Даже не сомневайся.
— Почему отец? Обязательно ссылать меня туда, где меня ненавидят?
— Скорее призирают, сынок, — поправил его отец, — и ты сам дал для этого повод.
— И в чем смысл этого наказания? Чтобы я осознал, какой я говнюк? — усмехнулся Борис.
— А еще ты алкаш, бабник и хам. — Боря побелел от этих жестких слов. — Работать ты не хочешь, я даже женить тебя не могу. Ни одна уважаемая семья не возьмёт к себе такого зятя.
— Не драматизируй, оставь это маме.
Легкая ироничная улыбка не вязалась с напряженной позой Бориса. Отец прекрасно видел, что его слова попали в цель.
— Я долго голову ломал, куда тебя отправить, — честно признался старший Быков, — даже про армию думал, но ты ведь и там сумеешь договориться, и служба превратится в тусовку.
— Ты преувеличиваешь мои таланты, — сквозь зубы выговорил сын.
— Поэтому ты будешь работать на «Князе Игоре» под руководством Вадима Зорина и Анжелики Линник. — Папа усмехнулся при виде скептического взгляда сына. — Да, та самая, к которой ты приставал.
— Сколько можно уже объяснять? Я был пьян, мне понравилась женщина, и я ее поцеловал, часто так делаю. Никто до этой психованной не жаловался. А эта мало того что по лицу мне вмазала, так ещё и капитану ябедничать побежала.
— Это только подтверждает то, что я о тебе сейчас сказал. Алкаш, бабник и хам. — Папа каждое оскорбление демонстративно отсчитывал на пальцах. — Я даже слушать твои оправдания не хочу. В твоём возрасте как минимум пора понимать разницу между девкой и женщиной. Твоя мама много кому нравилась и нравится, представь, что каждый бы к ней лез!
— Да понял я, понял, и даже извинился, в конце-то концов. Вот и спрашиваю, зачем меня отправлять туда, где считают полным отморозком?
— Ты деградируешь с большой скоростью сынок, если тебя сейчас не остановить, потом будет уже поздно.
— И ты думаешь, это изменится, если я попаду на корабль? — скептически усмехнулся сын.
— Я думаю, ты так себя ведёшь, потому что тебе это позволяет окружение. Если тебя поместить в закрытый коллектив, где плевать будут на мои деньги и мою поддержку, ты быстро выучишь правила поведения. Зорин и Линник доходчиво объяснят тебе, что ты из себя представляешь без моих миллиардов. Я надеюсь, что тебя научат не хамить, отвечать за свои действия, уважать других людей, особенно женщин.
— Жаль, что ты видишь меня таким быдлом, папа, — в голосе Бориса была горечь, — даже если я соглашусь работать на лайнере, мне-то что с этого будет?
— Это вызов тебе, и если ты справишься, то сможешь выбрать любое направление деятельности. Я поддержу и помогу во всем, что бы ты ни выбрал. В рамках закона конечно, — быстро добавил отец.
Борис задумался на несколько минут, папа не торопил его.
— Меня не устраивают твои условия, у меня есть свои. — Боря выдержал небольшую паузу, наблюдая, как Ярослав Борисович в напряжении поддается вперед. — Я хочу, чтобы ты полностью прекратил вмешиваться в мою жизнь. Больше никакого контроля, наблюдений и манипуляций с моей жизнью. Я хочу, чтобы ты прекратил даже интересоваться тем, как у меня дела.
Отец откинулся в кресле с весьма озадаченным выражением лица.
— Пожелай что-нибудь реальное, сынок.
— Ничего другого мне не нужно.
— Ты хочешь, чтобы я доверил тебе жизнь своего единственного сына? — раздраженно спросил отец. — За твоими плечами слишком много ошибок, чтобы я мог спокойно расслабиться.
— А ты уверен, что это были ошибки? Даже если это и так, даже если я делал что-то неправильно, может, мне это было нужно?
— Я помню всю твою бурную деятельность, начиная с восемнадцать лет. В какую только сторону тебя не кидало. Среди моих знакомых до сих пор как анекдот ходит история, когда ты продавал возможность поговорить с тобой мелким бизнесменам и банкирам. Бедолаги надеялись через тебя встретиться со мной.
— Это был один из самых успешных моих бизнес-проектов, — тихо засмеялся Борис.
— Иметь в сыновьях Остапа Бендера — то еще удовольствие, — тоже не сдержал улыбку папа, но уже серьезнее продолжил. — Выбери любой бизнес, который тебе нравится. Или спорт, искусство, науку — мне все равно, пусть это будет хоть исследование космоса, я сам отправлю тебя на Марс.
— В один конец, — усмехнулся Борис. — Я уже выбирал папа, помнишь, как ты обрубил мне автоспорт? У меня были хорошие результаты в соревнованиях.
— Это было опасно, сынок.
Боря почти прорычал следующие слова:
— Ты не хочешь понять, что я не похож на тебя, и пытаешься переделать, сломать меня под себя. Что бы я ни выбрал, ты всегда будешь присутствовать во всех моих решениях, давить, манипулировать, а если я не буду поддаваться, используешь шантаж или просто разрушишь то, что я сам создал. Мы это тоже проходили. Хватит, отец, я буду жить той жизнью, которую захочу, без твоего участия. Или у тебя не будет сына, — тихо закончил Борис.
Быков-старший долго молчал, а когда заговорил, его голос был сиплым от бушующих эмоций.
- Я люблю тебя сын, но я хочу еще и гордиться тобой.
По лицу Бориса скользнула болезненная гримаса.
— Это самое жестокое, что ты мог мне сказать, папа, — тихо произнес он.
"Актриса для Мажора" отзывы
Отзывы читателей о книге "Актриса для Мажора". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Актриса для Мажора" друзьям в соцсетях.