- Спасибо. Полагаю, пресс-конференция прошла довольно хорошо. - Он одарил ее усталой улыбкой, от которой у нее по коже побежали мурашки. - Несколько минут назад я сидел у себя в кабинете и думал об этих выходных.

- Какой-то конкретной их части? - спросила она, сжимая бедра при любом упоминании о выходных. Желание исходило из средоточия ее женственности, заставляя ощущения распространяться между ног.

- Нет, обо всем.

Улыбка тронула ее губы. Хороший ответ. Но она хотела большего. Она хотела услышать это от него. Потребовать.

- Значит, не было ничего особенного, что выделялось бы больше всего?

Она увидела, как в его глазах вспыхнула страсть.

- Теперь, когда ты об этом упомянула, кое-что приходит на ум.

- Что?

- Секс.

Она хотела, чтобы он продолжил.

- А что с сексом?

- Он был великолепен. Невероятен. Чертовски замечательный. И...

Она выдержала его взгляд и приподняла бровь.

- И что?

- И я хочу еще. Хочу тебя. Сейчас.

Джейс понял, что у него хватило наглости сказать ей это. Он знал ее правила, касающиеся отношений на работе, и согласился их избегать, поэтому на третьей неделе знакомства они и решили завести тайный роман. И вот он здесь, в кабинете, чертовски возбужден и просит о том, о чем лучше не просить. Не ее вина, что он желал ее больше, чем любую другую женщину, включая свою бывшую жену, или что его пенис безжалостно пульсировал. Если он встанет перед ее столом, она может стать свидетелем этого.

Он открыл рот, чтобы извиниться, попросить ее забыть то, что сказал, но она удивила его, ответив:

- Сейчас. Но только не на столе. В тот день, когда Брюс проверял кабинет твоего отца, я заметила гостиную с диваном. Давай воспользуемся ею.

В его взгляде вспыхнуло изумление, и он удивился, с чего бы ей быть такой любезной, но решил не испытывать удачу. У него на лице появилась нежная улыбка, и он сказал хриплым голосом:

- Иди ко мне, детка.

Она встала, обошла стол. Он взял ее за руку, и они вместе прошли к двери, соединяющей ее кабинет с кабинетом его отца.

Он открыл дверь, они вошли и заперли ее за собой.


Глава 28

- Пощады, - пробормотал Джейс, прежде чем закрыть глаза и прикрыть лицо рукой, убежденный, что больше не сможет сдвинуться с места. Никогда еще занятие любовью с женщиной не было таким изнурительным. Пульс стучал так, словно он сейчас испустит дух. Он был убежден, что его хватит паралич. Ни у одного мужчины в здравом уме так долго не держался стояк. Должно быть, есть закон, запрещающий подобную близость с женщиной. Если да, то ему могут надеть наручники, заковать в кандалы, бросить в тюрьму и выбросить ключ от замка. Он был виновен как смертный грех.

Кстати, о грехе...

Он опустил руку, открыл глаза и посмотрел вниз. Шана лежала под ним, без сознания, переплетя свои руки и ноги с его, кончик ее темного соска прижимался к его щеке. Испытывая искушение сделать еще один круг, он слегка повернул голову, открыл рот и втянул восхитительный бутон, в то же время его рука опустилась вниз, нежно поглаживая ее живот.

Мгновение спустя он услышал первый стон, за которым последовал второй. Затем Шана инстинктивно выгнулась под правильным углом, он скользнул в нее, называя себя жадным ослом. Войдя глубоко, Джейс замер, просто хотел остановиться на секунду, чтобы снова насладиться ощущением прикосновения кожи к коже, плоти к плоти.

Но ей этого не хотелось. Она медленно открыла глаза, протянула руку, схватила его за голову и притянула его рот от своей груди к своему рту, скользя языком между его уже влажными губами. А затем она продолжила целовать его так, что он начал двигаться, вбиваясь и обладая ей.

Она крепко обхватила его ногами, заперев внутри себя, и у него не было выбора, кроме как входить и выходить. И делал это, вырывая из нее стоны. Ему нравились сексуальные звуки, наполняющие воздух - ее стоны, шлепки кожи о кожу и скрип дивана, получающего чертовски хорошую тренировку.

Внезапно его пронзил оргазм, почти отбросив назад. Он чувствовал, что его освобождение далеко и глубоко выстрелило в ее чрево, и на секунду подумал о своей сперме, проникающей в ее яйцеклетку, но быстро прогнал эту мысль. Пара, завязавшая роман, не занималась сексом ради детей. Они занимались сексом ради удовольствия. И это было самое большое удовольствие. Когда она выкрикнула его имя и по ее телу пробежали спазмы, он понял, что она тоже получила наслаждение.

***

- Я не могу найти трусики, - сказала Шана, оглядывая диван, подушки и стол.

Она бросила обвиняющий взгляд на Джейса, который только что надел брюки.

- Уверен, что у тебя их нет?

Его губы растянулись в улыбке, он потянулся за рубашкой.

- Зачем мне твои трусики?

Она пожала плечами.

- Понятия не имею. Слышала, некоторые мужчины получают удовольствие от подобных вещей. Они видят в них трофей завоевания.

Он усмехнулся, возможно, Далтон занимается подобной херней.

- Поверь мне... я не такой.

Все еще голая, Шана опустилась на колени, просунула руку под диван и ощупала его, потом посмотрела на Джейса и нахмурилась.

- Странно.

Он застегивал рубашку.

- Что?

- В диване есть потайное отделение.

Он нахмурился.

- Ты уверена?

- Посмотри сам.

Когда она поднялась, он подошел к ней и без особых усилий перевернул диван. И действительно, дно открылось, явив свету аккуратный ящик. Шана никогда не видела ничего подобного.

- Должно быть, я каким-то образом активировала его, когда шарила рукой.

Он кивнул и протянул ей пропавшие трусики.

- Вот, держи.

- Они были у тебя! - обвинила она, скользнув в них.

- Нет, они застряли у меня в рубашке. Я не осознавал этого, пока ее не надел.

- Тогда почему ничего не сказал?

Его губы изогнулись в улыбке.

- Мне нравилось видеть тебя голой на четвереньках. Это подкинуло мне множество идей.

Шана закатила глаза, натягивая юбку и оглянулась на диван.

- Как думаешь, для чего в диване потайное отделение?

Джейс глубоко вздохнул.

- Не уверен, но собираюсь выяснить.

Вернув свое внимание к тайнику, он выдвинул ящик и поднял бровь, увидев папку с документами.

- Хм, что у нас тут?

Взяв папку, он опустил диван и сел. Шана, закончив одеваться, расположилась рядом с ним.

- В чем дело, Джейс, и кому принадлежит эта папка?

- Очевидно, отцу, - сказал он, открывая ее. Он прочел первый документ, и Шана почувствовала, как он напрягся.

- В чем дело?

Он взглянул на нее.

- Это письмо от мисс Иоланды Грин, с датой почти шестнадцатилетней давности. И она писала отцу, чтобы сообщить, на случай, если он не знает, что у моей матери был роман с ее мужем.

Джейс открыл конверт с фотографиями и несколько из них выпали. Фотографии матери с другим мужчиной... в интимных позах. Джейс сунул их обратно в конверт и протянул Шане.

Она посмотрела на них и поняла, что должен чувствовать сын, видя такие фотографии матери.

- Она была прекрасна, - сказала Шана, и это было правдой. Сыновьям достались ее светло-карие глаза и длинные ресницы.

- Я тоже всегда так думал, - тихо сказал Джейс. - До сих пор.

Шана не знала, что сказать. Это одна из тех ситуаций, в которой она не могла предложить каких-либо рекомендаций. Но она будет рядом, если понадобится. Сунув фотографии обратно в конверт, она спросила:

- Грины? Ты их знаешь?

Джейс кивнул.

- Да, я их знаю. Майкл Грин работал на Грейнджеров много лет. Потом отец его уволил. Я не знал, почему.

- И когда это случилось? - спросила она.

- За два месяца до того, как убили мать.

Шана кивнула.

- Можно мне его прочесть? - спросила она, указывая на письмо.

Джейс кивнул и протянул ей. Мгновение спустя она подняла голову.

- Эта женщина угрожает твоей матери, чуть ли не говорит, что для нее все кончится не очень хорошо, если та не оставит ее мужа в покое. Это было представлено в качестве доказательства в защиту твоего отца?

Джейс покачал головой.

- Не думаю. Впервые об этом слышу. Майкл и Иоланда Грин не присутствовали на похоронах дедушки, но Айвен Грин был там.

Шана приподняла бровь.

- Айвен Грин, тот самый, что баллотируется в мэры?

- Да, из той же семьи. Айвен - старший сын. Он на десять лет старше меня. У них также есть две дочери моего возраста.

Шана вернула ему письмо и, когда он выругался, подняла глаза.

- Подумать только, обвинение строило свою версию на том, что это у отца был роман, и он убил маму во время жаркого спора, потому что она не давала ему развода. Они так и не нашли загадочную женщину. Все, что у них было, это квитанции из нескольких отелей, подписанные «S». Трудно поверить, что никто никогда не думал, что «S» может означать «Sylvia», а не «Sheppard».

- Почему твой отец ничего не сказал, чтобы очистить свое имя? И бросить тень сомнения на Иоланду Грин? Все, что для этого потребовалось - обоснованное сомнение присяжных.

Джейс встал, сунув папку под мышку.

- Не уверен, но собираюсь выяснить. И единственный человек, который может ответить на этот вопрос - отец. Сегодня уже слишком поздно ему звонить, но утром я планирую сделать это первым делом.

***