Гус очень много писал о ком-то по имени Борис.
«Борис продолжает меня игнорировать. Видимо, он думает так привлечь мое внимание, но не тут-то было».
«Во всем виноват Борис. Невоспитанный эгоист. Надеюсь, он недолго проживет».
«Сегодня мы с Борисом целый час провели в саду, на свежем воздухе. Он забрался ко мне на колени, и мы восхищались видом прекрасных цветов синего гиацинта, которые пробились-таки через промерзшую февральскую землю».
Только когда Тоби прочитал отрывок: «У Бориса, судя по всему, расстройство желудка. Содержимое его лотка рыхлое и омерзительно пахнет. Сегодня пять раз пришлось менять наполнитель…» – он понял, что Гус имел в виду своего кота.
Тоби оттянул угол матраса и посмотрел вниз, сквозь деревянные рейки. Оттуда на него глядели глазенки Бориса.
– Привет, Борис, – сказал Тоби.
Кот посмотрел куда-то вдаль.
– Гус говорит, что ты невоспитанный эгоист.
Кот отвернулся и свернулся в клубок.
– Может быть, он и прав.
И тут Тоби увидел его. Мешок из ткани черного цвета, спрятанный между планками кровати. К мешку был на резинке привязан конверт, на котором было написано «Для Тоби». Тоби вскрыл его и достал письмо, отпечатанное на тонкой, хрустящей бумаге:
Дорогой Тоби!
Ну, наконец-то я умер. Искренне надеюсь, что моя смерть не причинила тебе слишком много неудобств и что у меня не было какой-нибудь там затяжной или заразной болезни. А если была, то прошу прощения. Я выбрал жизнь в одиночестве, и если тебе пришлось в какой-то момент со мной нянчиться, то прости меня за это.
Все мои жалкие пожитки и моего жалкого кота я завещаю тебе. С первыми делай, что тебе заблагорассудится, но, пожалуйста, будь добр к последнему. И, конечно, тебе достается мое литературное «наследие» – ха! – каким бы мизерным оно ни было. К тому же, и это куда важнее, есть еще кое-что. Я олицетворяю клишированное представление о пожилом человеке, который никому не доверял свои деньги и хранил свои сбережения под матрасом. Сколько тут точно денег, я не знаю, но, надо думать, сумма неплохая. Я бы хотел, чтобы эти деньги достались тебе, но при одном условии. И ЭТО ОЧЕНЬ ВАЖНО. Ты хороший, Тоби, но ты сбился с пути. Твои жильцы не ценят ни тебя самого, ни твою щедрость. Они тебя тянут назад. Больше всего я боюсь, что ты, Тоби, в конечном итоге, как и я, останешься один, непонятый, недооцененный, и вынужден констатировать, что такой сценарий вполне вероятен. Пожалуйста, Тоби, используй эти деньги, чтобы наладить свою жизнь. Продай дом; освободи себя от этих оков. Ведь дом – это всего лишь кирпичи и строительный раствор. Замени кирпичи, и тогда ты сможешь починить свою душу.
Так как в загробную жизнь я не верю, мне приходится поверить на слово, что мои указания ты выполнишь. Но из всех, кого я когда-либо знал, ты больше всего заслуживаешь доверия и, я уверен, поступишь именно так, как я тебя прошу.
Храни тебя Бог.
Твой друг Август Велдтман
Тоби медленно вдохнул и выдохнул, пытаясь успокоить выскакивающее из груди сердце. А потом взял мешочек, развязал шнурок и заглянул внутрь. Увидев что-то красное, он тут же закрыл мешок. Разве не красного цвета банкноты в пятьдесят фунтов?
Он снова открыл мешок и достал оттуда одну из купюр. Это и правда оказались пятьдесят фунтов. Новая, глянцевая банкнота в идеальном состоянии. Тоби вытащил из мешка еще одну банкноту. А потом еще одну. И, наконец, вывалил все содержимое мешка на кровать. И оказался в море из красных банкнот. Среди них не было ни одной десятки, двадцатки или пятерки. Только купюры по пятьдесят фунтов. Чтобы не завизжать или не завопить от счастья, Тоби зажал рот.
– Успокойся. Просто успокойся, – прошептал он себе.
Затем сделал глубокий вдох и начал считать. Через пять минут досчитал до конца.
£ 62 550.
Шестьдесят две тысячи пятьсот пятьдесят фунтов.
Тоби медленно и методично сложил банкноты обратно в сумку, затолкал ее под свитер и бесшумно, словно бродячий кот, пронесся по коридору к себе в спальню.
8
Когда вечером следующего дня Амитабх вернулся с работы, он не стал ходить вокруг да около: едва сняв с себя верхнюю одежду, он усадил Лию на диван, выключил телевизор, взял ее за руку и сказал:
– Лия, я люблю тебя. Но жениться на тебе не могу.
Лия вздохнула:
– Так я и знала.
– Прости меня.
Лия провела рукой по волосам и снова вздохнула. Она не знала, что ответить.
– Дело не в тебе.
– Ну, естественно.
– Просто мои родители…
– Что?
– Женись я на тебе, они были бы в отчаянии.
Лия посмотрела на Амитабха в замешательстве. Его родители ее обожали. И считали, что Лия прекрасная девушка. Амитабх сделал паузу и вздохнул.
– Слушай, – сказал он. – Мне уже тридцать. Страдать ерундой хорошо, когда ты еще совсем молод…
– Страдать ерундой?
Лия почувствовала, как живот скрутило узлом.
– Боже, нет, конечно, не страдать ерундой. Я не это имел в виду. Просто, ты и я… Это…
Отчаянно жестикулируя, Амитабх ходил по комнате.
– У нас ничего не выйдет… – закончил он свою мысль.
– Господи, Ам, что ты такое говоришь?
Сердце Лии уже прокачивало по ее артериям запредельные дозы адреналина.
– Что не могу на тебе жениться. Ни сейчас. Ни когда-либо еще. Мои родители не против, чтобы мы встречались, но они никогда не примут тебя в качестве моей жены.
Лия слышала все его слова, но не могла их понять.
– Почему? – спросила она. – Потому что я белая?
– Да, потому что ты белая. Потому что ты христианка. Потому что у тебя нет высшего образования. А твой брат – гей. Ты пьешь и сквернословишь.
– Господи, какой кошмар.
– Я думал, ты все это знала. Мне казалось, ты приняла это как данность.
– Нет, – тупо сказала Лия. – Нет, я понятия не имела.
– Так что скажешь? – спросил Амитабх.
– Не знаю, – ответила она. – Ничего, наверное. Я думала, твои родители меня любят.
– Они тебя любят.
– Тогда почему?..
– Просто так положено, Лия. Вот и все.
– А если мы не поженимся? Просто будем жить, как сейчас?
Амитабх уставился в потолок и вздохнул:
– Боюсь, все не так просто.
– Но почему нет? Если проблема только в том, что твои родители не хотят, чтобы ты женился на англичанке, то не женись на мне.
– Но я должен жениться.
– Зачем?
– Чтобы завести семью. Мне положено иметь семью.
– Но ведь не обязательно жениться, чтобы иметь семью.
– Обязательно, – сказал Амитабх и вздохнул. – В моем случае обязательно.
Лия судорожно сглотнула. Похоже, слова Амитабха наконец начали доходить до нее.
– Ты хочешь сказать, что, несмотря на три года, проведенные вместе, я для тебя всего лишь… временное увлечение? – всхлипнула она.
– Нет, конечно, нет. Просто я тогда об этом вообще не думал. Я был молод. Считал, что времени еще полно. Не думал, что наши отношения столько продлятся… – промямлил Амитабх.
Лия смотрела на него, на этого внезапно ставшего ей чужим человека, с которым она провела последние три года. Ощущения, которые испытывала Лия, были сродни тому, что чувствует жена, узнав, что у ее мужа есть вторая семья. Или что чувствуешь, когда выясняется, что твой муж террорист или секретный агент. Лия уже не первый раз слышала о межрасовых парах, оказавшихся в подобном положении; даже смотрела как-то сюжет на шоу Килроя. Вспомнила, что даже смеялась, думая, что с ней и Амитабхом ничего подобного быть не может, потому что его родители любят ее и не против их отношений. К тому же, если быть совсем честной, Лия вообще не сразу поняла, что Амитабх индус.
– То есть нам лучше расстаться? – заикаясь, произнесла она.
Амитабх кивнул. Пожал плечами. И снова кивнул.
– Полагаю, что да, – сказал он.
Лия заплакала.
Тоби!
Прошло уже очень много лет с тех пор, как я последний раз тебе писал. Прости, что не поддерживал связь, но такова жизнь. Сообщаю тебе, что мы с Джеммой разводимся. Она с мальчиками (у нас двое сыновей, старшему – двенадцать, а младшему – девять) останется в Кейптауне, а я переезжаю в Йоханнесбург. В конце марта мне по делам нужно быть в Лондоне, так что я пару недель проведу в своей квартире в Челси.
Я хотел бы встретиться с тобой. Интересно посмотреть, кем ты стал – был-то ты не сказать, что человеком многообещающим. К тому же интересно, в каком состоянии дом, который я купил тебе перед своим отъездом. Если у тебя есть мозги, нужно пользоваться ситуацией на рынке, чтобы устроить свою жизнь. По оценкам Питера, сейчас дом должен стоить больше полумиллиона – думаю, сумма вполне достаточная, чтобы ты мог напечатать свою «поэзию»! Я периодически почитываю рубрику о книжных новинках в «Times», но упоминаний о тебе там не встречал!
В любом случае я буду очень рад, если ты мне расскажешь, как жил все эти годы. Я все еще не исключаю возможности, что ты дашь мне повод для гордости. Кажется, тебе скоро сорок, а в таком возрасте мужчина уже должен знать, состоялся ли он в жизни или нет.
Если захочешь со мной связаться, номер Питера у тебя есть.
С наилучшими пожеланиями
Реджи (папа)
9
Так как было практически невозможно выяснить полный распорядок дня всех жильцов и вычислить момент, когда в доме никого не будет, для Тоби оказалось сущим кошмаром пригласить агента по недвижимости для оценки стоимости особняка.
Через некоторое время, однако, он смог поймать такой момент, когда Руби была на репетициях, Джоанна и Кон – на работе, а Мелинда – у визажиста в салоне на Крауч-Энд. Это было всего через пару дней после того, как ему пришло письмо от отца.
"Дом на улице Мечты" отзывы
Отзывы читателей о книге "Дом на улице Мечты". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Дом на улице Мечты" друзьям в соцсетях.