Опомнившись, я поняла, что действительно засунула пальцы в рот чуть ли не по ладонь. И уже ощущала на языке характерный привкус лака для ногтей. Выплюнув всё, что попало по ошибке в мой рот, я бросила беспомощный взгляд на друзей. Кого я обманываю? Я ведь просто в ужасе! Обычный концерт казался мне чем-то более страшным, чем сотня выступлений в кафе! И я понятия не имею, почему!

– Всё будет хорошо, – Кристиан сжал мою руку, ободряюще улыбаясь.

– Нет, не будет, – выдохнула я, – Вы поступили несправедливо, выдвинув меня на передний план.

– Ну, это не совсем так, – усмехнулся парень, – Я уверен, что затмить тебя у меня получится. Ты вообще видела меня со скрипкой, да еще и в этих брюках? Я просто воплощение сексуальности, откровенной и не прикрытой ничем!

Выдавив из себя слабую улыбку – ведь именно на это и была направлена шутка друга – я хотела было что-то ответить, но не успела. Дверь в гримерку распахнулась и на пороге появились организаторы – Кевин, который, как и всегда, светился от радости, и чуть более сосредоточенный Майкл.

– Ребят, пятиминутная готовность, – сообщил нам Кинг, сверяясь со списком, – Вы выступаете седьмыми – это середина концерта. И постарайтесь…

Что именно мы должны были сделать, по всей видимости, узнать нам было не дано. Потому что в этот момент непосредственный Кевин громко воскликнул, перебивая товарища:

– Ого! Кристина! Это точно ты?!

Мне сразу же стало как-то неловко, особенно после того, как Майк, наконец, оторвался от своих бумажек и поднял на меня взгляд. Его глаза сначала расширились, грозя вот-вот выскочить из орбит, но почти сразу пришли в норму, разве что зрачки оставались такими большими, что закрывали половину радужки. В гримерке как-то сразу стало жарко, видимо, кондиционер выключили.

– Вау, – тихо выдавил из себя Майк, делая шаг в мою сторону.

Что он хотел сделать, я так и не узнала, потому что на пути брата возник Крис. Который, окинув Майка хмурым взглядом, сказал, почти процедил:

– Мы вас поняли. Можете идти.

Майкл поморщился от тона младшего брата и бросил на него один из своих недовольных взглядов, в котором, помимо всего прочего, плескалась еще и надежда:

– Крис, может, хватит уже? Сколько ты будешь на меня злиться?

И тут я вспомнила – действительно, в последнее время Кристиан был очень холоден со своим старшим братом. О причинах он не распространялся. Только заявлял, что Майкл сам во всем виноват. Хотя я прекрасно видела, что Крису тяжело – он, видимо, не привык долго дуться, но упорно держал «морду кирпичом». Хотя даже Киша советовала другу остыть и прекратить строить из себя обиженную на весь мир девчонку.

Майк, видимо, был солидарен с Адамс. Вот только не мог сказать об этом брату – тот его не слушал.

– Кристина, – негромко позвал он меня, – Можно тебя на секунду?

Недоуменно кивнув, я позволила чуть отвести себя в сторону, заметив при этом недовольный взгляд Криса. А вот нечего, я не собираюсь принимать чью-то сторону. Кристина Соколова – Швейцария, нейтральная зона, место без конфликтов.

– Нервничаешь? – спросил Кинг, стоило нам оказаться относительно наедине – из дальнего угла гримерки нас было не слышно и почти не видно.

Я только головой покачала:

– Как же вы похожи с братом. Да, я переживаю, потому что мне кажется, что я провалюсь и тем самым опозорю себя.

– Эй, – Майк коснулся моей руки, чуть сжав запястье, – Всё будет хорошо. Ты прекрасно выглядишь, и даже если вдруг забудешь слова – твоя красота всё компенсирует.

– Сомнительное утешение, но всё равно спасибо, – хмыкнула я, – Так, что ты хотел?

– Ах да, – вспомнил Майкл, что похитил меня у друзей, – Мы выступаем первыми и я хотел попросить тебя убедить Кристиана посмотреть открытие. Любыми способами, но он должен услышать песню. Это важно.

Я понимающе кивнула. Кажется, Майк нашел способ достучаться до брата. И, судя по тому, что он вообще его искал – старшему Кингу тоже плохо без младшего. Интересно, а дома они как себя ведут? Живя под одной крышей, наверное, очень сложно не общаться. Но и причинять боль куда проще, ведь можно провести столько времени, показательно игнорируя человека, убивая его этим каждый день.

Мне было сложно понять это – братьев и сестер у меня не было, да и в принципе, человека, который был бы так сильно дорог. Хотя… Если бы мои новые друзья решили отвернуться от меня – наверное, было бы что-то подобное. Поэтому, для меня не существовало другого ответа, кроме как:

– Хорошо. Я сделаю всё, что в моих силах.

Улыбнувшись мне, Майк позвал Кевина, и они ушли. Напоследок блондинчик с дредами послал мне воздушный поцелуй, на что я уже по привычке закатила глаза.

– Что он от тебя хотел? – едва захлопнулась дверь, спросил Кристиан.

– Да так, – пожала я плечами, – Удачи пожелал.

– Будь осторожнее с его пожеланиями, – хмыкнула Киша, – Этот парень украдет твое сердце, поиграет с ним, а после сожмет в руке так сильно, как только сможет, и только кровь будет течь меж его пальцев.

Я поежилась от такого весьма красочного описания. И в голове против воли мелькнула мысль – а не потому ли Адамс так сильно не любит этого парня, что он также поступил с ее сердцем? А Крис просто узнал об этом, и не простил брата… да уж, мне бы только книги писать. Погодите, так ведь я этим и занимаюсь!

Тряхнув головой, чтобы избавиться от наваждения, я услышала шум и чертыхнулась. Концерт начинался!

– Ребят, а пойдемте за кулисы, – предложила я друзьям, – Посмотрим открытие.

Крис покачал головой, чуть поморщившись:

– Не хочу. Нам выступать еще только через полчаса, зачем лишний раз мельтешить там?

Я бросила умоляющий взгляд на Кишу, и та пожала плечами:

– В принципе, я бы хотела посмотреть. А спускаться нам вовсе не обязательно – здесь же есть балкончики, которые выходят в концертный зал. Там обзор даже круче, чем из-за кулис и зрительского зала. Идем, Кинг, поглядим, как твой братец мучает уши зрителей.

Недовольно простонав, Кристиан всё же позволил двум девушкам увести его из гримерки. Куда идти, я не знала, поэтому доверилась Адамс, которая уверенно вела нас по коридору к небольшой и неприметной дверке. Толкнув которую, мы оказались на действительно небольшом балконе. Рассчитан он был, по всей видимости, для осветителей. Которые, в количестве двух штук, орудовали с огромными прожекторами и недовольно зашипели, увидев нас. Но мы только отмахнулись, подходя ближе к краю и опираясь на перила. И весьма вовремя, потому что посторонние звуки в зале стихли, а спустя еще пару секунд заиграла музыка, и одновременно с этим поднялся занавес, являя миру первых артистов.

Майк, Кев и Дуг выглядели просто роскошно. Настоящие самцы – все в черном. Ничего лишнего – джинсы, кеды, черные футболки, в рукава которых были вшиты вставки из кожи, и такие же заплатки блестели то на груди, то на подоле. Крис шепотом пояснил, что это была его идея. То есть, несмотря на злость, он помог брату с костюмом. Хороший знак.

Кев стоял возле двух навороченных синтезаторов, и поочередно играл то на одном, то на другом передвигаясь между ними с немыслимой скоростью.

– На одном стоят настройки классические, а другой заточен под электронику, – пояснила Киша, когда я спросила, к чему такие сложности, – Чтобы не запутаться в переключателях. У меня такие же стоять будут.

Дуг выглядывал из-за барабанной установки. Ну, как выглядывал – ему было в принципе сложно за ней спрятаться, и даже «бочка» с тарелками не скрывали его мощную фигуру. Майк остался стоять в центре, бренча что-то на гитаре. У всех троих на лице были закреплены микрофоны, так что, видимо, солировать будет не только Кинг.

И, словно подтверждая мои слова, все трое хором пропели на выдохе:

«О, устье реки»*

И тут же Дуг ударил по тарелкам, заставляя зал вздрогнуть и взорваться. Кевин тут же поспешил за другом, в то время, как Майк открыл рот и запел, чистым, ясным голосом, в котором не было ни грамма фальши:

«Я хочу прожить свою жизнь так,

Жить жизнью верующего,

Хочу бить поклоны

Со всеми остальными, хочу быть кем-то.

Я хочу заниматься любовью,

Я не хочу врагов,

О, это проклятие рода человеческого,

Всегда жить, жить, жить, чтобы радовать»

Стоящий рядом со мной Крис громко всхлипнул, и я тут же повернулась к нему. Парень стоял, прижав руки ко рту, и наблюдал за братом, к которому на припеве присоединись друзья, сливая три голоса в один.

– Эй, ты чего? – спросила я у парня, осторожно опуская руку на его плечо.

– Это – одна из моих любимых песен, – тихо признался друг, – Я постоянно включаю ее и делаю звук максимально громким. Майк всегда орал, что отберет мои колонки и выкинет в окно. А теперь…

Я улыбнулась, соединяя все кусочки паззла. Майк вымаливал этой песней прощение у брата, делая именно то, что тот хотел – врубая звук на максимум. Должна отметить – хороший ход. Эффектный.

«О, я щёлочь», – продолжил петь Майк в одиночку, и я даже прикрыла глаза, наслаждаясь его голосом, – «Я всегда близок к основам,

Я за бортом,

Я саморазрушительный,

И важничающий.

Я беспокойный,

О, я самонадеянный,

Я нервный,

И я шагаю, о, я шагаю»

Да, кажется, Майк решил покорить как можно больше сердец этим вечером. Потому что не один Крис любил эту группу. Да и вообще – есть в мире хоть один человек, который не любит «драконов» и при этом может считать себя адекватным? Простые, понятные тексты, без лишнего пафоса, но такие проникновенные, задевающие, кажется, саму душу за живое. И эта музыка, с ее энергией, которая вынуждает не стоять на месте, а танцевать.