— Чтобы ты потом с утра считала, что я просто разговаривал во сне, и переживала? Действительно не могу тогда, птичка, — его ладонь ложится мне на спину, и притягивает в объятия. Уютные и крепкие. Я чувствую на губах поцелуй, а потом тихий хмык, — как насчет кофе?


— Кофе?


— Или что-то погорячее и более бодрящее…


— А можно и то, и другое? — я ощущаю, как по спине под футболкой скользят подушечки пальцев, и потом сжимаются на талии.


— Жадность — грех. Тебе должны были сказать об этом родители, —он наклоняется к моей шее и на ней расцветает легкий поцелуй, — но я, вроде, обещал склонять тебя на темную сторону, птичка. Так что, и то, и другое…


Ну, вот и осталось совсем немного... Скорее всего, выложу завтра или в воскресенье один большой завершающий кусь.


Эпилог


Может быть, жадность и грех, но мне действительно хотелось всего и сразу. Речь не только о кофе. Но  и о любви, и уважении, и нежном отношении,  и о «жили они долго и счастливо, в достатке, редко ссорились и умерли в один день».


Я надеялась, что черная полоса, которая случилась перед этими событиями, наконец закончится, и просто окажется, ну… неким уравновешивающим элементом. Вроде «чтобы жизнь медом не казалась, сначала пострадай! Потом все будет хорошо, заслужила». Наверное, так и бывает. Не стоит отчаиваться, когда все плохо.  Нужно просто верить и знать, что однажды все наладится, и  это точно случится. Может быть, не совсем вовремя, или не совсем так, как мы загадывали, но каждый человек имеет право на личный кусочек счастья, и кто-то наверху, скорее всего, готовит его прямо в этот момент. Чем больше счастье — тем дольше готовится. Справедливо?


Мы с Мирославом подали с утра заявления, хотя, мне до сих пор не верилось, что это произошло так быстро и неожиданно. И решили выбрать не торжественную регистрацию, чтобы не топтаться в ЗАГСе, а провести ее в более удобном месте… в каком, правда, еще предстояло обсудить. Да и вообще многое предстояло обсудить, потому что пока никто, кроме нас двоих, об этом не знал!


И, глядя на задолбавшихся невест в коридоре, которые сидели с лицом «сейчас всех убью!», и с нетерпением ожидали своей очереди, я поняла, что выбранный нами вариант был лучшим.


— Ну что, птичка, — произносит Мирослав, — предлагаю разослать всем приглашения в виде больших хлопушек.


— Больших хлопушек? — растерянно произношу я, держа его за руку и спускаясь по ступенькам.


— Да-а. Курьер взорвет их перед лицом получателей, и на них спланируют наши с тобой фотки с надписью «они скоро поженятся! Прикиньте, да?».


— Меня иногда пугает твоя фантазия…


— …на обратной стороне напишем дату и место.


— Нам придется всем объяснять, как так все быстро и внезапно получилось.


— Тогда вкратце еще распишем нашу историю.


Я хмыкаю.


— И с чего начнем? С того, как ты меня едва не сбил, или с поцелуя возле туалета?


—  Просто напишем «Так получилось», если тебя смущает предыстория.


Я представляю моих родителей, которые, держа в одной руке капли от сердца, а в другой — розовенькие приглашения с нашими рожами, в шоке читают надпись, а потом переворачивают листочки обратной стороной. А там большими буквами «НУ, ТАК ПОЛУЧИЛОСЬ!».


Припоминать мне это будут до конца жизни.


Хотя, и так будут… кажется, полмесяца назад я приехала к ним с Марком. А тут нате вам.


— Птичка, — произносит Мирослав, открывая передо мной дверь машины, — у тебя такое трагичное лицо, будто мы друг друга хоронить собрались. Садись.


Я залезаю в Машину. Спустя мгновение с другой стороны открывается дверь и парень садится на место водителя.


— Просто не знаю, что говорить родителям… да и они будут немного в шоке.


— О, нам еще предстоит знакомство. Слышал, что обычно это самая забавная часть в жизни парочки.


Приглашения мы разослали спустя несколько дней. Обычные.  Я, все-таки, настояла особо не выпендриваться, и не шокировать людей. Впрочем, реакция большинства и так вышла достаточно бурной...


— Звездец, — не выдержал Марк на следующей день после получения приглашения. Он, появившись в офисе, первым делом поинтересовался — не прикол ли это, — Анна, серьезно? Я не думал, что до этого дойдет…


— Ну спасибо, Марк Яковлевич, — пробурчала я обиженно, — невысокого вы обо мне мнения.


— Да блин… нет, Анна, я просто не ожидал, что он женится быстрее меня. И слишком вы что-то быстро. Когда-то, помнится, я грозил тебе, что без последствий в декрет ты можешь уйти только из-за меня…


Я, не сдержавшись, фыркнула.


— Уж простите, не вышло служебного романа. У вас слишком наглый друг.


— Да уж ладно. Я о том, что если решишь уйти настолько же внезапно в декрет — я тебя сожру, — хмыкает Марк.


Ммм… хорошо, что он еще не знает!


— Ладно, — как ни в чем не бывало, произношу я, — я это учту, Марк Яковлевич.


Танюха позвонила в тот же день. Она чуть не расплакалась, пожелав мне счастья, и сказала, что сейчас слишком стала эмоциональной из-за беременности. И что если бы не поддержка Германа — она бы утонула бы в слезах по любому поводу. Кажется, что-то там зародилось между ними, потому что из рассказа Танюхи я поняла, что они не только делят вместе квадратные метры, но и проводят друг с другом время за их пределами. Я была за нее очень рада. Герман сильно поменялся за это время, занявшись собой, и теперь выглядел не как типичный холостяк, а очень даже симпатичным мужчиной. Я замечала, как на работе на него начали засматриваться сотрудницы, но он начисто игнорировал их внимание.


Рита же отреагировала на новость более бурно. Она просто однажды позвонила Мирославу, и я минут пятнадцать наслаждались весьма эмоциональными криками из динамика смартфона. Что она говорила — я могла разобрать, даже стоя в нескольких шагах от Мирослава. Сначала она вопила, что если это прикол — о очень неудачный, а потом бурно поздравляла, и тут же предложила сходить мне вместе с ней в салон подруги, чтобы подобрать платье... я сказала, что подумаю. Свежи еще были воспоминания о БДСМ—клубе ее друзей. Черт знает и что там за салон!!!


Нам пришлось в срочном порядке знакомить друг друга с нашими родителями. Нервничала я в предвкушении обеих встреч. Однако, для моего спокойствия Мирослав сначала познакомил меня со своими. Встречу мы назначили в ресторане. Я ожидала всего, что видела в фильмах — и недоверчивый, подозрительный взгляд, и общение свысока, и неудобные вопросы... особенно, когда увидела достаточно статную и стройную женщину, которая выглядела максимум на сорок, с пронзительным и холодным взглядом синих глаз. Я тогда натурально застыла, чувствуя, как сердце начинает хаотично биться в груди. Увидев меня, она странно выдохнула и отвела взгляд, вежливо улыбнувшись, а я занервничала еще больше. Поприветствовала нас она тоже достаточно нейтральным тоном, на секунду обняв Мирослава. Все в рамках приличия...


А увидев отца, я поняла, что они с Мирославом безумно похожи. И что парень явно унаследовал от него эту чуть саркастичную улыбку, от которой чувствуешь себя немножко не в своей тарелке.


Не сказала бы, что встреча прошла тепло, и за веселыми разговорами. Все были сдержанно вежливыми, отчего мне стало совсем не по себе, и я, извинившись, быстро смылась в туалет, чтобы перевести дух. Ну и... просто в туалет.


А когда я вышла из комнатки, то увидела возле раковин маму Мирослава, которая аккуратно прикасалась к лицу салфеткой. Видимо, матирующей. Она заметила меня в отражении, а я тут же почувствовала, как лицо начинает пылать.


— Ой, — вырвалось у меня, — я тут...


Она внезапно улыбнулась и повернулась ко мне, комкая в руке салфетку.


— Аня, ты смущаешься? Все в порядке, не переживай, — и она тихо засмеялась, — я просто...


Она внезапно подняла глаза к потолку и протяжно взохнула.


— Ой, Боже...да я вообще не надеялась, что он когда-нибудь остепенится! Характер весь в отца!Это какой-то кошмар. Я помню, как свекровь плакала, обнимая меня в первую встречу, потому что боялась, что от этого плейбоя фигова никогда не дождется внуков. Но у нее-то был второй сын... а он у нас единственный. Я только когда он подрос, поняла весь ее ужас... и когда увидела тебя в первый момент, поняла, что ты на меня чем-то похожа, — она внезапно часто заморгала, а в глазах заблестели слезы, а я в шоке просто смотрела на нее, — я тоже стояла в первую встречу с его родителями, не зная, куда деться от смущения.  Поэтому... я надеюсь, что вы будете так же любить друг друга, и у вас будет хорошая и дружная семья, — она внезапно раскрыла руки и утянула меня в объятия, а я уткнулась ей в блузку, чувствуя запах тонких духов с фруктовыми нотками, и растерянно обняла в ответ.


— Все хорошо, — ответила я ей, — я просто немного растерялась. И да, смутилась...


— Я понимаю! Аня, я желаю, чтобы у вас рождались только девочки! Мальчики — это кошмар!


Тогда я подумала, что она еще о многом не знает... иначе бы ее хватил инфаркт от радости. Что у нее в перспективе, возможно, вскоре появится внук или внучка.


Оставалось знакомство с моими родителями. Оно произошло более чем странным.


Мама просто сначала почти все время молчала, задумчиво и долго рассматривая тату на руке парня. И, заметив однажды его внимательный взгляд, растерянно произнесла: