Очень острый. Он же ведь сейчас перережет мне горло и глазом не моргнет, а меня не станет. Стало казаться, что я потеряла дар речи не только на сегодня, но уже навсегда, потому что тот ужас, который я испытывала в данный момент, он просто безумный, сильный, его не передать, такой ужас испытать я даже врагу бы своему не пожелала.
Я вскрикивала каждый раз, а затем замолкала снова и молча плакала, когда на моей коже появлялись порезы, естественно, сделанные его руками, руками моего покровителя. Из ран сочилась кровь, они не глубокие, но тем не менее болезненные. Не знаю, сколько все это длилось, в теле появилась непонятная слабость, глаза то и дело закрывались сами собой, из меня будто высосали всю жизненную энергию, а в голове был плотный туман. Я ничего не соображала и уже не чувствовала даже страха. Феликс привел меня в чувство своим проникновением. Не хотелось это чувствовать, не хотелось ощущать его в себе, но я чувствовала, ощущала, как прежде.
Я вся в крови, и он ей измазан, наши тела слились воедино, но душам не слиться уже никогда. Его рваные, грубые, безумные толчки вызывали мои крики и стоны. Царапала кусала, кричала, молила, но ему было все равно. Он точно ненормальный. Никогда бы не подумала, что такое может возбуждать, но он завелся не на шутку, кажется, сейчас я начинала понимать, почему у него не было отношений, какая нормальная подпишется на такое?
Я тоже безумна, иначе меня бы тут не было. Лучше бы меня вообще не было. Из глаз горячим потом лились слезы, только это и боль между ног показывали мне, что я ещё жива, а так мне казалось, что я уже погибла. Он кончил с громким хриплым стоном, запрокинув голову. А когда вновь впился в меня своим сумасшедшим взглядом, я закрыла глаза, просто не хотела на него смотреть. Да, это тот же мужчина, тот, который меня от всего спас, мой покровитель, но сейчас мне было мерзко, от него, от себя, от всего. Теперь уже ничего не будет прежним. Я уже не буду прежней. Мое отношение к нему не будет прежним...
Над ухом послышался хриплый пугающий шепот, который, впрочем, как и всегда, разнес целый табун мурашек по телу.
- Ты моя собственность. Моя и только моя. А я не хочу, чтобы приближались к моему, трогали мое, говорили с моим. Я уничтожу каждого, но я так же уничтожу и тебя. Не думай, что тебе будет все сходить с рук. И знай, если хоть один раз ты ослушается меня, я накажу тебя уже по-другому. Ты многого не знаешь, Виктория, ты не знаешь мою темную сторону, и лучше тебе о ней не знать...
Глава 21.
Наверное, впервые я ощущал настолько жгучую ревность. Доселе никогда не знал ничего об этом чувстве, и сейчас мне было тяжело его переносить. Хотел прибить на месте этого мерзкого шакала Покровского, а затем и мою Викторию. Чёрт, неужели я действительно считаю ее уже своей?! Я видел, что она испытывала к нему лишь отвращение и неприязнь, стал свидетелем того, что он ей, мягко говоря, даже не интересен, но почему-то меня это никак не смогло успокоить.
Но самое главное, я злился на то, что в глубине души ревновал ее не как свою собственность, в тот момент я ревновал ее, как свою женщину. И я ненавидел тогда, да и продолжаю ненавидеть эту девчонку за это. Хотя, какая она уже девчонка. Со мной она распустилась подобно цветку, стала невероятно притягательной, сексуальной, загадочной, сногсшибательной, желанной, какой и должна быть полноценная женщина.
Больше всего бесило то, что меня тянет к ней не из-за этой оболочки, ведь мы оба знаем, кем она была до моего появления, притягивает эта личность, мне нужна она, ее душа, ее сердце, вся целиком. Хотя изначально был расчет лишь на то, что я дам ей все, но отберу такую драгоценную свободу, которую Виктория отдала за бесценок. На тот момент я лишь хотел ее сломать, превратить в бездушную куклу, в свою вещь, с которой делал бы что хотел, а когда пропал бы интерес, то скорее всего избавился, отправив туда, где нашел, но черт возьми, она до сих пор мне интересна, и я чувствую, что несмотря на то, что мы вместе уже некоторое время, она все равно не моя.
А я стал одержим ей.
Она нужна мне, всегда и везде. Как можно сходить с ума по ней, но ненавидеть и желать растоптать, уничтожить одновременно. Я всегда знал, что не здоров, я сумасшедший и уже никогда не излечусь, но эта сука делает меня просто больным на всю голову ублюдком, с ней я теряю над собой контроль, с ней я теряю себя, хотя должно было быть наоборот. Я хочу дать ей все, но отобрать, хочу, чтобы любила и ненавидела. Я просто не представлял, что может так произойти.
Она отлично справляется со своей ролью, и мне бы радоваться, но мне этого мало. Я сам ещё не понял, что конкретно мне нужно от этой девчонки, но то, что есть сейчас меня не устраивает, мне нужно больше. Я хочу, чтобы она сходила по мне с ума, чтобы не могла без меня, погибала. А я бы мучал, хочу, чтобы любила, отдавая всю себя, а я бы брал, ничего не давая взамен. Вот тогда бы я ликовал. То, что я задумал изначально, слишком просто, мне так уже неинтересно. Так я ее не сломаю.
Что же, мать твою, со мной делает эта чертова женщина?!
Сижу сейчас в своем кабинете, пьяный, впервые за долгое время пьяный и понимаю, что все это бред. В моей голове царствует хаос, а я позволяю ему быть. Это ненормально. Ненавижу эту суку. Кто она такая?! Кто эта тварь такая?! Как у нее получилось так въесться мне не только в мозг, не только в сердце, но и куда-то туда, где никому нет места, где сплошная тьма?
Я должен взять себя в руки, и осознаю, что появляется в таком виде перед Викторией точно не стоит. Но я ничего не могу с собой поделать, хочу ее прямо сейчас. А, впрочем, почему я должен появляться перед ней, пускай сама ко мне явится. Вызвав к себе прислугу, дал четкий приказ привести ко мне Викторию, как можно скорее. Та была явно удивлена, поскольку не привыкла видеть меня в таком состоянии, но сейчас это последнее, что волнует. Какое мне дело до того, что думает обо мне какая-то сраная обслуга. Одно мое слово и вылетит отсюда подобно шавке.
Видимо, все это было написано на моем лице, так как домработница сразу засуетилась с желанием, как можно скорее выполнить мой приказ. Вот смотрю на нее и вижу в глазах страх, чувствую каждую ее эмоцию, также знаю, что зависима, ей нужна эта работа, ей нужны именно те деньги, которые плачу я. Одно мое слово, один мой взгляд, и она падет к моим ногам, прогнётся под меня и мою волю, почему сука, с Викторией так не получается. Сколько бы эта девушка не была у моих ног, сколько бы раз я не показывал ее место, она подобно Фениксу возрождалась из пепла вновь и вновь. Я все ждал, что этот огонь в ее глазах в скором времени погаснет, но этого не случилось. Она сука, сильная, несгибаемая. И, черт возьми, несмотря на то, что со мной. Виктория не моя! Но я добьюсь этого. Добьюсь не важно как, не важно какими методами. Но я сломаю ее, уничтожу, подчиню себе, сделаю ее зависимой, вот тогда я буду доволен, а пока наша игра продолжается. Все ещё впереди....
Виктория предстала передо мной в платье цвета бирюзы, похожем больше на откровенное белье. Безумно сексуальная. Захотелось съесть ее. Она могла бы прийти в простом наряде, но девчонка учла, что для меня просто обязана всегда выглядеть на все сто. И это радует. Этот оттенок очень ей к лицу, но что-то мне подсказывает, что такой красивой женщине как она, подойдёт любой цвет и фасон. Видимо, из-за того, что пьян, не заметил сразу, какую помаду она нанесла на свои губы сегодня. А зря. Цвет просто шикарный. Будто спелая малина на ее волшебных губах.
Ее ротик стал ещё красивей, ещё желанней. Думаю, я найду ему отличное применение. Она робко склонила голову вниз, кусала губы, то сжимая, то разжимая свои руки. Боится. Естественно, она меня боится после того, что я с ней сделал вчера. Порезы, понятное дело, ещё не зажили. И я, как больной шизофреник, любовался ими. Я точно чокнулся.
- Скажи что-нибудь. - Приказываю ей. Я настолько возбудился, что не хочу церемониться, играя во всякие игры. Просто не выдержу. Сгорю от желания. - Говори немедленно! Хочу услышать твой голос.
- Ты хотел меня видеть? - Произносит чуть слышно Виктория своим сладким голосом, а я запрокидываю голову назад на спинку кресла от удовольствия, ведь для меня ее голос уже стал в некотором роде афродизиаком.
- Да, моя Виктория, я хотел тебя видеть. Очень хотел. Иди ко мне.
И она покорно подошла.
- Оголи грудь и встань на колени.
Вот тут девчонка начала медлить, чем разозлила.
- Я сказал, встала! - Пытался говорить ровно, но получалось плохо. Голос предательски дрогнул. Чертова роковая женщина. Ненавижу ее. И безумно хочу. До ломоты в теле.
Виктория оголила свою прелестную грудь, а я застонал от удовольствия. Ее тело сводит меня с ума, делая из меня голодного альфа-самца, который хочет заполучить себе любимыми путями благосклонность своей избранной самки.
- Ласкай ее. - Проговорил я хриплым почти сиплым от сильного возбуждения голосом. Она чертова ведьма. Женщина вамп. Ненавижу! В кого она превратила меня! Дрянь. Я вообще не должен был ничего чувствовать. Ничего. А я просто схожу с ума.
Девушка осторожно начала исполнять, нет, не мою просьбу, а приказ. Прикрыла глаза и начала очень осторожно почти едва касаться своих сосков, слегка пощипывать, гладить. И это сработало, потому что Витория заметно расслабилась, откинув голову назад, предоставив мне очаровательный вид на прекрасную нежную шею и грудь.
- Не молчи, Вика, не молчи. Хочу слышать твои стоны.
И Виктория вновь повиновалась. Стонала сначала тихо. Очень тихо, а затем осмелела и начала радовать меня громкими сладкими стонами. Да, моя хорошая. Желание. Она меня захотела.
- Все, хватит. Я сказал, стоп!
После этого Виктория опомнилась, округлив толи от испуга, толи от удивления свои затуманенные похотью глаза. Да, она моя девочка. Несмотря на то, что я с ней сделал вчера, она меня желает. Это уже что-то. Первая победа. Но я не остановлюсь на одной. Их будет много. До тех пор, пока я ее полностью не сломаю.
"Фаворитка. Поломанные крылья книга 1" отзывы
Отзывы читателей о книге "Фаворитка. Поломанные крылья книга 1". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Фаворитка. Поломанные крылья книга 1" друзьям в соцсетях.