– Вы примитивны и глупы, Екатерина Васильевна. Я унижался перед Вами. Довольно! Больше не буду. Ибо это бесполезно, как я погляжу. Вы выбрали свой путь. И дай Бог, чтобы Вы не пожалели о своем выборе. Прощайте!

Резко развернувшись, молодой человек быстро последовал в сторону рынка, более даже не обернувшись. Катюша же дрожа всем телом, и несчастно смотря вслед его удаляющейся широкоплечей фигуре, вдруг осознала, что Иван прав. И она действительно влюблена в него теперь. И это осознание застало ее врасплох. Но тут же ее разум затвердил ей, что он простой мужик, который явно не достоин ее. Ее же трепещущее сердце твердило ей в этот миг, что надо догнать молодого человека и вернуть его. Но ее остужающие разумные мысли, удержали ее на месте. Она отчетливо понимала, что Иван всего лишь простой мужик, а ее будущее должно быть связано с блестящим знатным Левашовым. И в этот миг она не хотела другой судьбы. А Иван должен был остаться просто приятным любимым воспоминанием в ее сердце. Воспоминанием, которое быстро забудется едва она выйдет замуж за эффектного, достойного ее Илью Дмитриевича.

Глава IV. Воронцов

Санкт – Петербург, дворец графа Воронцова,

7 июня


Ивана разбудил слуга, который заглянул в его спальню.

– Ваше благородие, уже одиннадцать утра, – сказал заискивающе старый Михей, подходя к не разобранной широкой кровати, на которой молодой человек спал прямо в одежде и сапогах.

Иван открыл один глаз и, поморщившись, недовольно взглянул на слугу.

– Вели приготовить ванну, – приказал Иван.

Слуга исчез за дверьми. Иван устало сел на постели. Голова раскалывалась от без меры выпитого вчера вина. Уже много лет молодой человек не употреблял спиртного и вчерашняя попойка в одном из кабаков, стала теперь тяжелым испытанием для его организма. Иван схватился руками за голову и нахмурился.

Его память тут же воскресила образ прекрасной темноволосой девушки с глазами небесного цвета. Вчера, после того как Катюша прогнала его, он почти несколько часов к ряду слонялся по мостовым без дела. Просто шел, не разбирая дороги и не зная, что ему делать дальше. В какой-то момент он невольно наткнулся глазами на знакомую вывеску кабака, который часто посещал в юности. Подчиняясь сиюминутному порыву Иван направился прямиком в это заведение для того, чтобы как следует напиться. Именно в этом кабаке чуть позже он повстречал двух своих сослуживцев по полку. Удивленные неожиданной встречей, подпоручик Бекетов и поручик Михайлов остались в компании Ивана до ночи, потребляя игристое вино и вспоминая молодость. Забывшись от чрезмерно выпитого спиртного, Иван уже далеко за полночь направился обратно во дворец к своему двоюродному дяде графу Михаилу Илларионовичу Воронцову, у которого остановился еще по прибытию в Петербург два дня назад.

Иван Алексеевич Воронцов родился на Троицын день 1729 года. Отец его Алексей Семенович Воронцов был отставным капитаном и приходился двоюродным братом Роману и Михаилу Илларионовичам Воронцовым, известным влиятельным вельможам при дворе Елизаветы Петровны. В браке с Екатериной Ивановной Стрешневой, Алексей Воронцов родил пятерых детей, из которых до совершеннолетия дожили сын Иван, да дочь Марья.

Все детство Иван провел в Белкино в имении отца, что находилось недалеко от Ростова. И лишь в двенадцать лет, после смерти отца он впервые попал в Петербург. Его двоюродный дядя граф Михаил Илларионович, взял мальчугана на жительство к себе в дом, по просьбе матери Ивана. Ибо она считала, что за мальчиком должен был быть учинен мужской присмотр. Спустя три года из худощавого несуразного отпрыска Ванюша, как ласково называл его дядя Михаил, превратился в высокого, статного юношу и Михаил Илларионович решил определить молодого человека на службу в действующую армию. Иван Воронцов был зачислен в лейб-кирасирский полк, в чине подпоручика. Кирасиры, новые, появившиеся сравнительно недавно войска в царской армии, комплектовались из молодых дворян славянской внешности, высоких, русоволосых. Их предназначение во время военных действий состояло в сокрушительном ударе рослых всадников на мощных конях на сомкнутый строй противника. Иван подошел по всем параметрам и начал свою службу в Петербурге.

Позже полк Ивана был переведен на постоянное место дислокации в Сарское Село и молодой Воронцов, мог часто приезжать в столицу, развлекаться. Будучи двоюродным племянником канцлера, Иван позволял себе вести довольно бесшабашную, разгульную жизнь. Без разрешения полкового командира он мог отправиться на несколько недель в Петербург и пропадать на балах и попойках бесконечно, пока его дядя, который по просьбе его покойного отца приглядывал за молодым человеком, не настаивал на его возвращении в полк. Все дерзкие выходки сходили Ивану с рук, ибо за его спиной стояли могущественные покровители. А командир полка терпеливо внушал молодому Воронцову, что есть военный устав и негоже самовольничать. Иван надменно кивал в ответ, совершенно не собираясь меняться. Воронцов хорошо держался в седле, прекрасно стрелял, но служба тяготила его. Он не раз порывался бросить армию, но Михаил Илларионович запрещал ему это, ибо знал, что без службы Иван еще сильнее пустится во все тяжкие.

И сейчас, созерцая, расписной плафон спальни над головой, Иван брезгливо поморщился, понимая, что его юность прошла совершенно бездарно и глупо.

Молодой человек вспомнил, как восемь лет назад он гостил здесь во дворце у дяди. Тогда, ему минуло двадцать два года. Бравый офицер, красивый и богатый, имеющий влиятельных родственников, Иван слыл баловнем судьбы. Девицы и молодые дамы постоянно вились около него, но Иван был довольно разборчив в связях, и в свои года имел в своем архиве только пару непродолжительных романов. Первоначально для молодого Воронцова были важны чувства, которые он испытывал к женщине, а уж потом в его теле просыпалась страсть. Его друзья по полку смеялись над ним, считая его неисправимым пуританином.

Однажды на одном из Петербургских балов Ивана Алексеевича Воронцова увидела императрица Елизавета Петровна. Уже не молодая, сорокалетняя государыня, сразу же отметила высокого, широкоплечего офицера-кирасира, с волевым лицом. Русская внешность, величавость, мужественность делали молодого Ивана невозможно притягательным и желанным. Сластолюбивая государыня, тот час же приказала представить ей молодого офицера, который оказался двоюродным племянником графа Михаила Воронцова, который и сам в молодости исполнял услуги интимного характера у ног Елизаветы Петровны, и тем самым поспособствовал своему возвышению.

Михаил Илларионович уже предвкушая, что благодаря Ивану он вновь получит былое могущество, подталкивал молодого человека в объятия императрицы. Но Иван не собирался становиться марионеткой в руках дяди и усладой для Елизаветы Петровны. Молодой Воронцов делал все, чтобы избегать общества государыни. Но императрица уже была одержима молодым красивым Иваном Воронцовым и приказала доставить молодого человека к себе во дворец для более уединенного общения.

Иван был в бешенстве оттого, что его словно кобеля, не спросив согласия, хотят привести на спаривание. Имея волевой, непреклонный, неуступчивый характер он не мог смириться с тем, что его заставляют лечь в постель с нежеланной ему Елизаветой Петровной. Молодой человек невольно вспомнил неприятный разговор, который состоялся много лет назад между ним и его дядей, в мрачном кабинете последнего.

– Ты что хочешь, чтобы из-за тебя я лишился своей должности, мальчишка?! – кричал Михаил Илларионович, сверкая яростным взором на племянника.

– Я не стану ее любовником! – в ответ выпалил Иван.

– Глупец! – взорвался Михаил Илларионович. – Ты всех нас погубишь!

– Я Вам не бык для случки! – возмутился в ответ так же эмоционально молодой человек и выпрямился.

Михаил Илларионович замолчал, испепеляя упертого мальчишку глазами. Иван стоял перед ним в напряженной вызывающей позе, всем видом показывая, что он ничего не боится. И не опасается не только недовольства своего дяди, но и возможного гнева государыни. Михаилу Илларионовичу очень нравился сильный характер племянника, но сейчас он пожалел, что Иван слишком правильный и непреклонный. Молодой Воронцов так же молчал, и гордо подняв голову, стрелял злыми глазами на дядю. Михаил Илларионович знал, что недовольство императрицы может перерасти и в опалу. А опала может кончиться в ссылке.

Старший граф Воронцов попытался немого успокоиться и продолжил разговор уже более спокойным тоном.

– Послушай Ванюша, я люблю тебя. И я давал обещание твоему покойному отцу, что позабочусь о тебе, – начал нервно Михаил Илларионович.

– Благодарствую за такую заботу, – буркнул в ответ Иван.

– Да пойми ты глупый, императрице не отказывают! – произнес Михаил Илларионович увещевательно, пытаясь образумить молодого человека. – Проведешь с нею пару недель и все! Она сама устанет от тебя, да побежит за новым мужиком.

– Государыня мне не нравится, как женщина, – твердо ответил уже более спокойно молодой Воронцов. – Мне надобно любить, чтобы…

– Да причем тут любовь?! – перебил его дядя. – Закрой глаза и делай свое дело! Неужели это так трудно?! Я и сам был в подобной ситуации!

– Извините дядя, я очень уважаю Вас, – ответил Иван гневно. – Но я так не могу. И любовником ее я не буду, я Вам уже все сказал. И своего решения не изменю.

Михаил Илларионович понимая, что ничего не добьется от племянника, схватился за голову и заходил по просторному кабинету.

– Что же делать?! – спрашивал он сам себя. – Что делать? Если ты не приедешь, ее гнев будет страшен!

– А если мне уехать из Петербурга на время? – спросил Иван.

– Тайная канцелярия, найдет везде. Даже за границей у них есть свои шпионы. Все документы проходят через них, и они будут знать обо всех твоих передвижениях и непременно доложат, где тебя искать. Вспомни как царевича Алексея, царство ему небесное из-за границы выманили? А без подорожной, тебя никуда не пустят. А если будут знать, то и солдат по свою душу жди, а затем и в крепость прямиком. Да и мы все с тобой полетим… – уже тяжко вздохнув, произнес граф.