Ублюдок!
Да, меня тоже повело, но я всё ещё оставался в рассудке. И всё равно сделал это. Решил, что Милена вешается на меня, и трахнул.
Нет! Я любил её… Люблю! Стал её первым. И этим ранил. Ведь я забрал то, что было не моим. И наркотик не оправдание.
От безысходной боли я заорал и, схватив настольную лампу, со всей дури швырнул её в стену. Мужики слетели с кровати и выбежали из комнаты, а Яромир метнулся ко мне:
— Ромка, прекрати! — Вцепился в меня и встряхнул: — Блять, я сейчас точно ментов вызову!
— Пусти, — отшвырнул его от себя и, сжав кулаки, развернулся к Алле: — Сука!
— Рома, — рыдая, опустилась она на колени и сложила ладони: — Ромочка… Прости!
Я разрывался от боли и разочарования, но больше всего от ненависти к самому себе. Качался на месте, желая выместить раздирающее меня страдание, но не видел выхода. Даже если я разнесу здесь всё, это не поможет. Боль жила внутри меня и, казалось, поселилась там навеки. Ведь не было возможности вернуться в прошлое и всё исправить.
Яромир же, вообразив, что я хочу ударить Аллу, бросился ко мне и с размаху врезал в челюсть. Я и не думал уклоняться. Приняв удар, впечатался плечом в стену и оскалился:
— Защитник нашёлся?
По подбородку потекла тёплая струйка, но я жаждал ещё. Желал, чтобы Ярик избил меня до беспамятства. Может, тогда сердце не будет разрываться от потери той, в которую влюбился по уши, сам не заметив, когда.
Я замахнулся на друга, не собираясь бить. Яромир на первом курсе выиграл абсолютку, и с лёгкостью ушёл от удара. Я тогда не взял ничего, а после вообще бросил спорт, посещая лишь тренажёрку.
Закрыл глаза, принимая сокрушительный удар. В челюсти хрустнуло. И всё равно в груди было больнее. По щеке снова скользнула слеза.
Милена переспала со мной под действием наркотика. Она никогда не простит мне этого. До этого я был любимой женщине безразличен, а теперь мачеха возненавидит меня.
Глава 22 Баграт
Всю ночь не мог уснуть, мучала бессонница и какое-то паршивое предчувствие неминуемой херни. Завтра утром финальный разговор с заказчиком на объекте и все, можно ехать домой.
Перед глазами появился образ моего солнышка, светлого и лучистого. Как она там? Не обижает ли ее Ромка? Последнее время он стал выказывать меньше агрессии в ее сторону, но я все равно волновался за Милену. Рука потянулась к телефону, но я вовремя себя остановил, на часах уже три часа ночи. Наверняка моя девочка уже спит, а Ромка зажигает со своей Аллой.
Плюнув на то, что не усну, уселся за работу. Почта вся завалена отчетами и письмами от секретаря. Загружая голову делами, немного успокоился, но стоило выключить ноутбук, как противное ощущение вернулось. Нет, за столько лет чуйка меня редко подводила. Сейчас она просто вопила ехать домой.
Блядство, что, если Ромка напился и ушел в отрыв? Я знал, как он любит гонять на машине, но случись что — мне бы давно сообщили. А так, что ему грозит? Больная голова на утро?
Нет, дело не в сыне…
Я не находил себе места и позвонил охране. Думал, сейчас успокоюсь, узнаю как там дома, вернулся ли сын. Пойму, что зря волновался… Кажется, ни хрена не зря!
Я очень удивился, когда узнал, что Милена ездила с Ромкой на вечеринку и вернулись они вдвоем относительно рано. Что там у них произошло? Не
поверю, что эта пиявка Алла отпустила Ромку с вечеринки так рано, да и к тому же сама не увязалась за ним.
Да и сын! Уехать с празднования защиты в час ночи? Это совсем на него не похоже. Он с обычной пьянки под утро приходит, а тут с “гулянки века”.
Точно какая-то херня случилась!
Еле выждав восемь утра, позвонил клиенту и отменил встречу. Эдуард то ли спросонья, то ли у самого нашлись дела, легко согласился обсудить все по телефону на днях.
Всю дорогу в аэропорт я звонил Милене. Гудки шли, а трубку никто не брал. Может, вчера они вернулись так рано, потому что Милу кто-то обидел? Подмешал что-то в выпивку? Или …
Набрал номер сына. Ромка ответил почти сразу. Его голос звучал как-то не так, приглушенно, а еще он мне соврал. Сказал, что только вернулся. Зачем? Выяснять по телефону я ничего не собирался, спокойно поставил в известность, что уже вылетаю и через три часа буду дома.
Одни из самых тяжелых часов в моей жизни. В дом я вбегал, рывком открыв дверь и спокойно вздохнул, успокаиваясь, лишь когда увидел жену. По лестнице вниз спускалась Милена. Целая, невредимая, здоровая.
— Здравствуй, моя хорошая, — с улыбкой шагнул к ней, раскрывая объятия. Как же я скучал.
Мягкое податливое тело, нежный аромат сирени, робкое прикосновение ладони к моей груди — словно в рай попал. Вот идиот, придумал себе какую-то ерунду!
— Привет, — прошептала жена мне в плечо, не поднимая глаз.
— Покормишь меня? В самолете ничего не ел. Голодный, как волк.
— Конечно!
Мила засуетилась на кухне, а я, стянув пиджак, закатал рукава рубашки и сел за стол. Чем дольше я наблюдал за девушкой, тем отчетливее понимал, что она чем-то расстроена. У жены то и дело что-то выпадало из рук.
Я тихо подошел сзади и обнял ее. Милена вздрогнула в моих руках испуганным воробушком.
— Давай помогу? — предложил я, проводя кончиком носа по оголенной шее. Я ощутил, как по ее телу пробежала мелкая дрожь, а затем Милена подняла глаза, и наши взгляды встретились.
Я крепче сжал ее в своих руках, заметив слезы и страх. Мне словно под дых ударили. Все-таки чуйка сработала верно.
— Что случилось?
Развернув девушку к себе, я приподнял ее за подбородок. Мне не нравилось, что она избегает моего взгляда. Словно ей стыдно смотреть мне в глаза.
— Мила, — позвал я. — Что бы ни произошло, ты можешь на меня положиться. И в горе, и в радости, помнишь? — улыбнулся, желая поддержать, но вместо улыбки в ответ получил водопад слез.
Глава 23 Милена
— Отец едет.
Слова ударили по лицу словно пощечина. Баграт. Мой нежный, заботливый, внимательный муж возвращается домой. Радость встречи сменилась горечью и паникой. Как я могла? Почему? Зачем?
— Он ничего не узнает, — твердо сказал Роман, словно был уверен в своих словах.
Я же чуть не засмеялась. Не узнает? Это просто невозможно! Да и лгать Баграту я не стану. Не смогу просто.
— Ты не виновата.
Голос Романа звенел от ярости, но мне было все равно, что он злится. Не важно, на кого: на меня или на себя. Вообще все больше не имело смысл. Мы провели ночь вместе, как мужчина и женщина, и только этот факт имеет значение.
Рома отвёл взгляд и глухо добавил:
— Забудь о том, что произошло. Иди в душ. Я тут… приберу.
Я молча поднялась с кровати и вышла из спальни пасынка. Придерживаясь за стену, медленно шла к ванной. Хотелось быстрее, но голова кружилась, и мысли … Они убивали меня! Хотелось крепко-крепко зажмуриться и ни о чем не думать хотя бы несколько минут.
Как будто это что-то изменит. Не существует в мире такого, что могло бы помочь мне. Время назад не воротишь и прошлое не изменишь.
Стоя в ду́ше, я смывала со своего тела чужие прикосновения. Было мерзко, не потому что это случилось, а из-за того, что я стала предательницей.
Гадкой, ужасной изменницей. Я собственными руками разрушила то хрупкое, что зарождалась между мной и Багратом.
Сейчас все мои мысли были только о муже. Обрывки воспоминаний о ночи я гнала как можно дальше, запретив себе думать о случившемся.
Роман… он …
Всхлипнув, я опустилась вниз и обняла себя за колени, позволив воде литься сверху на волосы. Низ живота тянуло, а там, между бедер, все ныло, но я была даже рада этой боли. Пусть она не такая сильная, как та, что я нанесу мужу, но хоть какая-то.
Мне хотелось надавать себе по щекам. Может, тогда физическая боль принесет избавление от другой, душевной?
Если бы Рома посмеялся надо мной, обозвал шлюхой, может, тогда мне стало бы легче. Я смогла хотя бы ненавидеть его, а не…
Нет, думать об этом парне, который встретил меня колючим взглядом и едкими словами, а затем стал моим первым мужчиной, подарил удовольствие и даже по-своему позаботился наутро, выше моих сил.
Только не сейчас!
Сейчас мне нужно привести себя в порядок, встретить Баграта и открыто поговорить с ним.
Я не стану врать, хитрить и скрывать свою измену. Только немного умолчу. Не стоит Баграту знать, с кем я переспала. Между ним и сыном и так все не гладко.
Моя решительность дала трещину, стоило увидеть мужа, услышать его “скучал”. Сердце рвалось на куски. Я ведь тоже скучала и ждала его, мечтала о медовом месяце, строила планы на будущее. С каждым днем я все сильнее влюблялась в этого мужчину, а теперь должна причинить ему боль, ударить в спину.
Мне было тошно и гадко от себя самой.
Я хуже, чем шлюха. Она хотя бы не предает. Продает свое тело, но остается честна. Я же…
Из рук опять выпал помидор и укатился на пол. Подхватив ягоду, я помыла ее под краном и вернула на досочку.
Нужно успокоиться, взять себя в руки и накормить мужа, а затем все рассказать.
Просто вдох-выдох… Я справлюсь.
Теплые сильные руки легли на мои плечи, а ноздри защекотал знакомый аромат парфюма. Его нежность, забота — все это разбило меня вдребезги!
Я не заслуживаю этого.
Слезы, давно стоящие в глазах, полились нескончаемым потоком. Я все разрушила! Снесла нашу жизнь до основания!
— Мила, — позвал меня Баграт. — Что бы ни произошло, ты можешь на меня положиться. И в горе, и в радости, помнишь?
Жаль, что я не смогла ответить тем же. Почему я не помнила этих клятв вчера вечером? Почему позволила всему случиться?
"Моя любимая мачеха, или Она не твоя" отзывы
Отзывы читателей о книге "Моя любимая мачеха, или Она не твоя". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Моя любимая мачеха, или Она не твоя" друзьям в соцсетях.