Барби резко остановилась, и я просто врезался в нее.

Такая нелепая ситуация, где Катя испуганно повернулась ко мне и вскрикнула от неожиданности, а я обвил ее узкую талию руками и притянул к себе. Все так удачно, как в сказке. Но меня это совсем не парило. Мне это и нужно было.

Катя уперлась ладошками мне в грудь, но меня это тоже не остановило. Я уже почувствовал всеми фибрами своей души ее тепло, запах.

Поэтому, не задумываясь ни на секунду, накрыл ее губы в жадном, требовательном поцелуе. Он мне был необходим, как воздух. И я дышал. Наслаждался.

Барби сопротивлялась, и даже сжала в протесте кулачки. Но так и не применила свою воробьиную силу. Сдалась, обивая мою шею уже расслабленными руками и прижалась ко мне так крепко, что меня повело.

Я тоже дал волю рукам. Не оставил ни миллиметра, где бы не побывали мои руки. Сжимал, ласкал, и когда Катя протяжно застонала, понял, что на краю.

Я скучал. Я хотел ее. А когда осознал, что это все взаимно, то уже не мог сдерживать себя. И в этот момент мне было плевать, что мы в чужой квартире, что между нами недопонимание и разногласия. Я все оставил на потом. Тогда инстинкты взяли надо мной верх, и я пошел у них на поводу, нисколько не сопротивляясь.

Мои руки мяли ткань ее платья. Я не мог добраться до ног Барби и судорожно тянул платье в разные стороны, тем самым еще больше усиливая наше взаимное желание. Когда все же пальцы коснулись теплой кожи на бедре, я не выдержал и застонал - моя скромная девочка под скромным платьем носила совсем нескромные чулки.

Я сжимал упругие ягодицы, целовал тонкую шею и до безумия хотел содрать с нее это платье, которое почему-то было еще и с этикеткой.

- Только не порви. Я еще его не купила, - простонала Барби, когда я в очередной раз потянул подол в сторону, пытаясь добраться к горячей плоти между ног Кати.

- Да пофиг. Все расходы беру на себя. Только сними его, блять!

Катя засмеялась. Тихо, мягко и призывно.

Она легко освободилась от моих объятий, и отступив немного назад, повернулась ко мне спиной. А потом медленно начала тянуть свою обновку вверх по бедрам.

Я ухмыльнулся.

Катя до безумия любила меня дразнить, зная, что я с ума схожу от этого. И сегодня тоже решила немного поиграть со мной.

Я наблюдал до тех пор, пока не увидел ее тугие ягодицы, обтянутые темно-синим кружевом. Зрелище не для слабонервных. Себя я к ним не относил, и чтобы не забрызгать все своей слюной, схватил Катю за бедра и прижал к своему паху.

Это был еще не секс, но ощущения были невероятными. Настолько, что мы застонали снова. В унисон. Настолько, что у меня не хватило сил стянуть с Барби тонкое кружево, и я просто отодвинул его в сторону, скользнув рукой вперед и проникая, наконец -то, к ее влажным складкам.

Для моего удобства Катя откинула голову на мое плечо, прогнулась в спине и немного раздвинула ноги. Эта чертовка наслаждалась моими прикосновениями. Совсем недавно она краснела даже от мыслей о чем-то таком развратном, а сейчас прижималась к моим пальцам плотнее, и закусив губу, судорожно вдыхала кислород.

Я сдерживал себя с трудом. Джинсы стали совсем тесными, и все что я хотел, так это оказаться внутри Кати. Я хотел взять ее стоя. Здесь и сейчас. Как в наш самый первый раз в моей квартире. Но где-то на краю возбужденного сознания билась мысль, что здесь совсем не место для наших утех. Все-таки в моей квартире было спокойнее.

А потом Катя задрожала и протяжно застонала. Вцепившись в мои руки, она пыталась устоять на ногах. Ее оргазм был крышесносным. И крышу снесло не только ей.

Подтолкнув Барби к стене и убедившись, что она держится, я расстегнул джинсы, стащил их низ вместе с трусами и отодвинув Катины трусики в сторону, одним толчком вошел в нее.

- Даааа, - Катя захныкала.

Я и сам был готов разреветься. Узкая, горячая и сокращающаяся плоть заставила меня зарычать. Я не мог больше себя сдерживать и принялся ритмично вбиваться между ног Барби, заставляя девчонку причитать и умолять меня не останавливаться. Все вокруг меня потеряло значение. В ту минуту был только я и Барби. И миллион искр между нами.

Я даже боялся, что долго не продержусь и кончу раньше времени, но этого не произошло. Потому что за моей спиной раздался нечеловеческий рев:

- ТЫ ОХУЕЕЕЛ?

Мы с Барби дернулись и замерли. Катя обернулась и в ужасе вскрикнула. Она судорожно принялась одергивать платье, а я все еще находясь под впечатлением от встречи с Катей, не шевелился, лишь прижал куклу к себе еще крепче. И уже понимал, что сейчас будет война не на жизнь.

- Выйди, - попросил я спокойно, не оборачиваясь.

- ТЫ ОХУЕЕЛ?

- Выйдите, пожалуйста, - пропищала вслед за мной Барби, бледнея от ужаса, а когда в комнате хлопнула дверь, Катя повернулась ко мне и прошептала, - там Влад и Маша. И Влад хочет тебя убить.

Барби выглядела испуганно. Я видел, как ее трясет и из глаз вот-вот польются слезы. И мне очень хотелось прижать ее к себе и заверить, что все хорошо, но успокаивать Катю со спущенными штанами как-то было не комильфо.

Я отпустил Барби и принялся приводить в порядок свою одежду, а Катя, закрыв глаза, дрожащим голосом запричитала:

- Боже... Как же стыдно.... Мой брат видел меня... Видел, как я... Как ты...

Эмоции переполняли девушку и сформулировать мысль ей так и не удалось. Но я понял ее переживания.

- Кать, он видел только мою голую задницу. И поверь, он это переживет, - я честно старался ее отвлечь, но безуспешно.

Катя лишь застонала в ответ и отошла от меня к окну.

А я не решился подойти к ней. Потому что времени на размышления не было. Да и переживал я больше не из-за того, что нас застали далеко не за самым безобидным и скромным занятием, а за то, как пережить бурю по имени Влад Торопов.

Я знал, что Влад любит Машу. Что Влад знает о моих пристрастиях. Но он не знал, что с Катей у меня все совершенно по-другому. И это как-то нужно было ему доказать.

Слушать меня Торопов сейчас не станет. Я был готов к тому, что мне придется немного отхватить. И совсем не осуждал его за это. Я не знал, как бы я поступил на его месте. Просто не знал и поэтому не понимал, как решить сложившуюся проблему без разрушающих последствий для всех.

Выход я найти не успел.

Торопов, видимо за дверью, с ума сходил. И после тактичных пяти минут, данных нам с Катей на приведение себя в порядок, Влад ворвался в комнату и сразу же кинулся ко мне.

Раньше, когда мы были совсем сопливыми, у моего друга был не самый сильный удар. Мы часто мерялись силами, и если для одоления Макса мне требовалось приложить усилия, то с Владом все было намного проще. Я всегда смеялся над ним и советовал почаще посещать спортзал.

Похоже, Торопов хоть и отмахивался от моего предложения, но от тренировок не отказался.

Его кулак прилетел в мою челюсть с такой силой, что я не устоял на месте. Просто, как в крутом боевике, воспарил над землей и через пару мгновений приложился своей спиной к деревянному столику.

Было жутко больно. И ободранной спине, и поврежденной челюсти. Хотелось просто лечь и, закрыв глаза, отключиться ненадолго. Но изумленные вскрики Кати и Маши не дали мне такой поблажки.

Для начала проверил языком целостность зубов. Все было в порядке. Если не считать во рту привкуса крови из рассеченной губы, то уже можно было брать себя в руки и подниматься.

Для Торопова я заслужил этот удар. И я его принял. Развязывать драку и превращать разборки в кровавое месиво я не собирался.

У Влада на этот счет было другое мнение.

Он накинулся на меня снова, даже не дав подняться на ноги.

- Как ты мог?!?! Козел!!! - еще один удар обжег мою челюсть. - Ты был моим другом!!! Я тебе доверял!!!

Все это был так неожиданно, так молниеносно, что я просто не смог сгруппироваться и теперь лежал под разъяренным Тороповым и трусливо уворачивался от его кулаков. Злость и ярость придавали ему сил, и все мои попытки сбросить его с себя, заканчивались провалом.

- Я тебя убью!!! Тварь!!!

В какой-то момент мне даже показалось, что он действительно может забить меня до смерти, и даже снова попытался его скинуть, но все мои усилия прервал оглушительный визг.

Это Катя стояла и орала изо всех своих девчачьих сил. Влад замер, и мы все трое изумленно уставились на нее.

Барби жадно хватала воздух, тряслась словно в лихорадке и неверующе качала головой. По ее щекам текли слезы, и справившись с комом в горле, она негромко заговорила:

- Конечно, убей его... Забей его насмерть... Давай, вымести на нем свою злость! Давай! Бей! Он ведь заслужил! Никто же не смеет трогать Катю Торопову! Она же собственность Тороповых! И вы все знаете, что для меня лучше и кто меня достоин! Поэтому не останавливайся! Убей его!!! Давай!!! И не надо меня спрашивать, чего хочу я!!! Ты же лучше знаешь!!!

С каждой фразой голос Кати набирал силу. Она уже кричала и останавливаться не собиралась.

- А вот и нет!!! Ни хрена ты ничего не знаешь!!! Я сама!!! Я сама его соблазнила!!! Я сама готова бегать за ним!!! Я!!! Его!!! Люблю!!! - Катя захлебывалась слезами. После пары длительных вдохов она продолжила уже спокойнее: - Но это не имеет значения... Ни для кого... Даже для него. Поэтому, не останавливайся. Ты же лучше знаешь, что мне нужно .

Выдохнув последние слова, Катя сорвалась с места и покинула сначала комнату, а потом и квартиру. Я отреагировал мгновенно. Скинув с себя ошарашенного Влада, я кинулся за Барби, но не смог сделать и двух шагов. Кровь из моего сломанного носа хлынула фонтаном, забрызгивая все вокруг и мне ничего не оставалось, как пойти в ванную.

Вода не помогала остановить кровь, а я просто не мог остаться у Влада. Чем больше проходило времени, тем больше у Кати было возможностей совершить ошибку или попасть в неприятности.