Гейб рассмеялся:

– Мне уже нравится.

– Чуть позже я напишу тебе, что именно надо сделать. Все, что мог, я уже организовал на завтра. От тебя потребуется совсем немного. Ладно?

– Звучит заманчиво. – Гейб махнул мне рукой и вышел из палаты, а я наклонился и поцеловал Кирстен в губы.

– М-м-м, – промычала она сквозь сон.

Я снова поцеловал ее. Девушка открыла глаза. Ее ресницы мелко дрожали.

– Скажи мне, что все это было страшным сном.

– Не такой уж он и страшный, просто не из самых приятных. – Я убрал волосы с ее лица и, закрыв глаза, пропустил гладкие пряди сквозь пальцы. – А теперь, как бы мне ни было приятно обнимать тебя спящую… Вон той очаровательной медсестре, что тактично стоит за дверью, нужно забрать меня на МРТ.

– А, понятно.

Кирстен так стремительно вскочила с кровати, что даже слегка покачнулась.

– Наверно, я ужасно выгляжу спросонья. Надо сходить в душ.

– Гейб привез тебе вещи, – я кивнул в сторону сумки. – А у отца есть личные апартаменты в больнице. Вы с Гейбом можете там переночевать и принять душ, окей? Это при условии, что ты захочешь остаться здесь и…

– Я никуда от тебя не уеду, – заверила меня она.

Именно этого я так сильно боялся. Что это мне придется уйти первым, а она останется одна.

– Ладно, – кивнул я, подмигивая ей. – Исследование занимает не так много времени. Когда я вернусь, мы сможем обсудить то, как самый отвратительный на белом свете бойфренд пригласил прекрасную девушку на Хоумкаминг и теперь сам его может пропустить.

Кирстен улыбнулась мне в ответ и вышла из палаты.

– У тебя очень красивая девушка.

Я посмотрел на медсестру и сказал:

– Я сделал бы ее своей женой, если б мог.

Меня совершенно не волновало, как она отреагирует. Пусть считает, что я сумасшедший.

Медсестра улыбнулась и ласково похлопала меня по плечу.

– Не сдавайся раньше времени. Иногда, когда кажется, что Господь написал Конец, на самом деле он подразумевал Начало.

* * *

После МРТ я был как выжатый лимон. Я всегда ненавидел подобные процедуры, но в этот раз у меня особо не было выбора. Я был так увлечен мыслями о Кирстен, что никак не мог сконцентрироваться на том, чтобы не двигаться. Я пытался представить ее себе тридцатилетней. Интересно, у нее будет такая же улыбка? А как она будет выглядеть с большим животом, когда будет носить ребенка? Ах, как же я хотел, чтоб это был мой ребенок. Я сильно закусил щеку. Нужно было спокойно лежать, а мне так сильно хотелось крепко сжать кулаки. Новая картина возникла в моем воображении: как Кирстен будет выглядеть в старости. Как она будет сидеть на крыльце и держать за руку своего мужа. Я и сам не понимал, зачем себя мучаю. Черт побери, я ведь знаю ее всего каких-то три месяца, но это не какое-то там мимолетное увлечение, как те, что случались со мной, как только я вступил в подростковый возраст и в первые годы колледжа. Я точно знал, что это чувство настоящее. Может, это был последний небесный подарок мне – настоящая любовь.

Я и не заметил, как сканирование закончилось. Все мое лицо было залито слезами. Как только мне разрешили двигаться, я первым делом вытер его ладонями, чтоб никто не заметил, что я плакал. В последний раз я плакал, когда умер Тай.

Забавно, как ощущение близкого конца заставляет людей пересматривать взгляды на жизнь. Три месяца назад я полностью смирился со своей судьбой и был готов встретить ее достойно. А что теперь? Теперь я больше всего на свете хотел стать частью истории Кирстен, и не только главой в ее жизни, а всей книгой целиком. Но я не знал, входит ли это в планы судьбы. Единственное, что я знал – я никак не могу контролировать происходящее. Это-то и пугало меня сильнее всего. В жизни мы всегда в той или иной степени определяем то, что происходит с нами. Это касается и контроля над эмоциями, и выбора, который приходится делать. Но что делать, если на тебя обрушивается такое? Единственное, на что я был в состоянии влиять – это на свое желание бороться.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила все та же медсестра. У нее были длинные светлые, будто полупрозрачные волосы. Ее кожа была тоже бледно-белой, но при этом женщина не выглядела изможденной и нездоровой. Она даже была симпатичной, но я не мог определить ее возраст. Может, тридцать? Или сорок? Наверное, я так об этом задумался, что сестра потрогала мой лоб – проверить, не поднялась ли у меня температура.

– Тебя не мутит?

– Нет, извините, – улыбнулся я. – Это наверняка прозвучит довольно странно, но я никак не могу определить, сколько вам лет.

Ее лицо осветилось улыбкой:

– Нам столько лет, насколько мы себя ощущаем, так ведь?

– Да.

Я чувствовал себя дряхлым стариком. Особенно после утренней порции медикаментов. Но, по крайней мере, мне больше не нужно было ничего глотать. Да, все эти веселые лекарства теперь закачивались прямиком мне в вену. Какая удача.

– Уэстон, – громко и ясно сказала сестра, – все будет хорошо.

Одной рукой она сжала мою ладонь, другой похлопала по плечу.

Я обратил внимание на ее бейдж. Женщину звали Анжела. Как ей подходит это имя! Она действительно была больше похожа на ангела, чем на медсестру.

– Спасибо, Анжела.

Она посмотрела на меня в замешательстве.

Я показала пальцем на бейджик.

Сестра рассмеялась.

– Ох уж эти студенты.

– Что я еще могу сказать? – улыбнулся я, когда она помогла мне вернуться в постель.

Ей лет сорок – сорок пять. Теперь я был в этом уверен. Она была примерно в том же возрасте, что и моя мама, когда покинула нас. Мама тоже была блондинкой. Наверно, поэтому я вел себя с этой медсестрой как сумасшедший. Интересно, это лекарства вызывают такой эффект? Делают меня более эмоциональным, чем обычно?

– Спи, – проговорила Анжела. – А я обязательно разбужу тебя, когда твоя будущая жена вернется. – И она подмигнула мне.

Я не нашел, что на это ответить. Я был благодарен ей за ее оптимизм, но, к сожалению, не мог уже его оценить и разделить… Я уже начинал чувствовать, как леденеют мои руки и ноги. Словно это смерть пришла за мной, и мне оставалось только ждать, когда она полностью отберет мое тело у жизни.

– Господи, – чуть не задыхаясь, начал я, – я знаю, что не так часто говорил с тобой в последние несколько лет. Вот черт, да я даже говорил, что ненавижу тебя, когда Тай покончил с собой. – Я снова выругался и потер переносицу. – Меня уже перестала волновать моя собственная судьба, просто пообещай мне, что с Кирстен все будет нормально. Ее жизнь не должна быть разрушена из-за меня. Пусть она будет счастлива, а со мной можешь сделать все, что хочешь. И если ей суждено страдать, то, прошу, отдай эти страдания мне. Пожалуйста, Господи… Пожалуйста.

Лекарство, которое мне дала Анжела, начало действовать. Проваливаясь в глубокий сон, я продолжал снова и снова повторять свою нехитрую молитву.

Глава 42

Еще три месяца назад я была неспособна пройти через такое. А что сейчас? Сейчас я чувствовала себя Халком. Я буду крепко держать его за руку, пока все это не закончится. Мы вместе пройдем через все испытания и там, в самом конце пути, по-прежнему будем держаться за руки.

Кирстен

– С того момента, как мы сели в машину, ты не сказала ни единого слова. Мне уже начинать волноваться? – спросил Гейб.

Я покачала головой:

– Нет, просто я задумалась.

– Так, значит, у меня тут женщина, которая думает. Не от этого ли возникают все проблемы человеческой расы?..

– Очень смешно. – Я закатила глаза и взяла его за руку. – Гейб?

– Да, – он сжал мою ладонь.

– Спасибо.

– Я просто делаю то, что должен делать друг. Считай, что это расплата за все мои прошлые грехи. – Парень засмеялся. Кажется, он наконец захотел сделать что-то очень хорошее и светлое. Я не понимала, почему он постоянно с таким упорством принижал себя. Но это было именно так.

– Ты делаешь гораздо больше, чем требует дружеский долг. – Я тоже сжала его руку, а потом высвободила свои пальцы. – Хотя мне ужасно интересно. Куда мы едем? Я-то хочу быть в больнице, рядом с Уэсом, когда он проснется.

Гейб загадочно улыбнулся.

– Не переживай, маленькое рыжее чудо. Уэс очень давно это запланировал и организовал для тебя. Вообще, изначально предполагалось, что с тобой поедем и я, и Лиза, но так даже лучше. А еще Уэс просил заснять все на видео.

– Заснять на видео? – повторила я голосом, полным ужаса. – Заснять на видео что?

Гейб только продолжал нахально ухмыляться.

Через полчаса мы уже поднимались на старый мост к северу от Сиэтла.

– Вот и пришло время оторваться! – Гейб хлопнул в ладоши и кивнул головой. – Уверен, это будет незабываемо!

– У меня плохое предчувствие.

– Только не надо впадать в панику. Мы делаем это для Уэса. – Гейб погрозил мне пальцем, и наконец мы поднялись на самый верх, где несколько человек устанавливали какую-то странную штуковину.

О нет. Нет, нет и нет.

– Кирстен, – торжественно произнес Гейб, – познакомься, это команда Seattle Bungee. Они должны убедиться, что все оборудование надежно и безопасно, и если вдруг ты все-таки разобьешься вдребезги, это будет исключительно на их совести.

– М-м-м, успокоил, – сухо пробормотала я.

– Ни о чем не переживай! – засмеялся один из парней, который, кажется, был даже младше меня. В знак поддержки он похлопал меня по спине. – Мы уже очень давно этим занимаемся и делаем это постоянно. Это наша работа. И еще никто не разбился, только одну девочку стошнило от страха. Эй, прекрати трястись и рассматривать свою обувь, все будет хорошо!

У меня потели ладони. И я только коротко кивнула в ответ.

Страховочные веревки уже были прикреплены к мосту, обвязка, шлем и карабины только и ждали нас с Гейбом. Боже милостивый! Я что, на самом деле это делаю? Меня колотило от мандража. Ребята из команды затянули на мне обвязку и скрепили с обвязкой Гейба. Меня трясло так сильно, что дрожали даже губы. Меня до ужаса пугала высота. Я боялась ее почти так же сильно, как воды. Зачем, черт возьми, вот зачем я записала банджи-джампинг в свой список? Я закрыла глаза, чтобы не смотреть вниз или случайно не увидеть, что там за перилами.