– Просто не позволяй его деньгам затмить тебе разум.

– Мама, не волнуйся об этом. Деньги никак не изменят моего отношения к нему. Однажды он разбил мне сердце. Этого больше не повторится, особенно теперь, когда у меня есть Карл. Я не допущу, чтобы пострадал ребенок.

– Если бы ты не была моей дочерью, я бы не поверила. Но ты моя дочь, и я понимаю, что ты отдаешь отчет в каждом произнесенном тобой слове.

– Честно говоря, может быть, он просто мне очень благодарен. Ты не представляешь, как жалко его лошадей и скот. Они практически умирали. Если бы меня там не было, он бы их потерял. Ты живешь на ранчо достаточно долго и понимаешь, как больно, когда гибнут животные. Особенно сразу много животных. Это мучительно. Заметь, я спасла его деньги. – Скарлетт улыбнулась. – Не полмиллиона долларов, конечно.

Но в любом случае я подумаю об этом. Я могу спасти столько животных, если обналичу этот чек. Второго такого шанса просто не будет.

– Зато твой брат будет в бешенстве.

Скарлетт засмеялась:

– Тоби относится к Люку с подозрением.

– Он просто пытается тебя защитить.

– Я знаю. Тоби очень хороший брат. Иногда немного властный, но в меру. Подожди, вот подрастет его дочь. Мне заранее жаль ее мальчиков-ухажеров.

Мать улыбнулась.

Раздался звонок в дверь.

– Это Люк. Отнеси к нему Карла, пусть с ним поздоровается. Я не могу взять его на руки в этом платье.

Мать вытерла лицо ребенка и взяла его, чтобы вместе со Скарлетт проследовать к входной двери.

Скарлетт открыла дверь, и ее сердце замерло. Люк был в синем костюме, белой рубашке с золотыми запонками, галстуке и черных ботинках. У нее перехватило дыхание. Не существует на этом свете мужчины, способного конкурировать с Люком.

– Привет. Заходи, поздоровайся с мамой и Карлом.

– Привет. Ты выглядишь великолепно.

– Спасибо.

Она провела его в гостиную, где находились Джойс и Карл.

– Здравствуйте, Люк, – улыбнулась Джойс.

– Добрый вечер, миссис Маккиттрик. – Он подошел ближе. – Привет, Карл. – Малыш улыбнулся еще раз. – Какой дружелюбный ребенок.

– Он весь день улыбается, – заметила Скарлетт. – Счастливый ребенок. Но не стой слишком близко. Он только что поужинал и, возможно, срыгнет.

Люк усмехнулся:

– Спасибо за предупреждение. А выглядит безобидно. Оказывается, он шалун.

– Он просто думает, что это смешно. – Она поцеловала Карла в щечку. – Пока-пока, милый. Мам, если что – звони.

– Приятного вечера вам обоим, – отозвалась Джойс вежливо.

Конечно, мать не хочет, чтобы она уходила с Люком, поскольку не простила причиненную ее дочери боль. Но хотел ли сам Люк, чтобы она бросила школу в шестнадцать, вышла за него замуж и уехала с ним в Калифорнию. Скорее всего, ее мать и брат были бы категорически против брака с Люком. Скарлетт отбросила в сторону размышления о прошлом. Как бы то ни было, ее родственники до сих пор злятся на него.

Люк взял ее за руку, и они пошли к лимузину.

– Спасибо за твое столь щедрое пожертвование.

– Я очень благодарен тебе за все, что ты сделала, Скарлетт.

– Твой чек выходит далеко за рамки того, что я сделала.

– Я так не думаю. Ни один ветеринар не занимался бы всю ночь больными животными. Ни один ветеринар не спас бы столько лошадей и скота, как ты. Единственное, что я могу сделать, – перечислить деньги, чтобы ты спасала еще больше животных. Жаль, что мы не приехали раньше и не смогли спасти моего пса. Я любил его. Нужно было взять его с собой в Калифорнию. Есть много вещей, о которых я сейчас жалею.

– Тебе нужно перестать винить себя в том, что совершил отец. Ты же ничего не знал.

– Это точно. Нужно постараться забыть об этом и просто все исправить.

– Ты преуспеешь в этом, Люк. И да, я использую твой щедрый чек, чтобы закупить современное оборудование для моей клиники, а часть денег перечислю в фонд ветеринарной больницы Ройала.

– Оставь эти деньги себе, Скарлетт. Я уже послал им чек.

– Ты можешь себе позволить практически все, не так ли?

Он серьезно посмотрел на нее.

– Не совсем. Есть вещи, которые не купишь за деньги.

Взгляд его сине-зеленых глаз гипнотизировал ее. Неужели он имеет в виду ее? Она глубоко вздохнула и убедила себя в том, что это нелепая мысль. Она ничего не значит для Люка.

– Думаю, ты прав.

– Тебе повезло, Скарлетт, у тебя есть маленький Карл. Я никогда не думал, что буду говорить так о ребенке, но он такой милый, и уверен, доставит тебе много радости.

– Конечно. А еще Эйва, дочка Тоби. Так замечательно, когда в семье есть маленькие дети. Однажды у тебя тоже будет семья, Люк.

Он покачал головой и посмотрел в окно.

– Вот уж не думаю. Мне не нужен такой брак, какой был у моих родителей. Это во-первых. У меня плохие гены. Это во-вторых. Я не хочу где-то оседать. Это в-третьих. Целых три причины против. – В его голосе прозвучала горькая нотка.

Она взяла его за руку.

– Люк, у тебя нет плохих генов.

Не стоило ей этого делать даже из сочувствия. Этот мужчина красив, богат, сексуален. Но так больно было слышать от него про плохие гены и про то, что он не хочет жениться. Люк ушел от нее несколько лет назад и за это время не сильно изменился. Все так же любит заниматься сексом. Но его сердце заперто. Нет уверенности в том, что она смогла бы подобрать к нему ключ. У Скарлетт ком застрял в горле. Ее не должно это волновать, но, как ни старалась, ей не становилось все равно. Теперь, направляясь с ним в Даллас на целую ночь, она рисковала сильно увлечься, пребывая на грани влюбленности, хотя и понимала, насколько важно держаться от Люка подальше, особенно из-за Карла. Ребенку будет больно, если он привяжется к Люку, а тот уедет в Калифорнию.

Прямо сейчас ей нужно сказать, чтобы он развернул лимузин, и она вернулась бы к своей безопасной спокойной жизни, которая была раньше, пока он не приехал в Ройал и не разрушил все пламенем страсти. Она собиралась провести с ним почти двадцать часов и окончательно потерять голову. В конце концов, потом ей будет хуже, чем в прошлый раз.

Она читала о нем, видела фотографии красивых женщин, с которыми он встречался в Калифорнии. Эти женщины могли бы родить ему прекрасных детей. Если надеется, что он полюбит ее, то она просто идиотка.

– Ты молчишь, Скарлетт. – Люк взял ее за руку. – О чем задумалась?

– Просто думаю о предстоящем вечере.

– Я думал об этом весь день с того момента, как мы принимали душ. Давай проведем время вместе, и это будет правильно.

Даже если каким-то чудом он в нее влюбится и попросит выйти замуж, она должна сказать «нет». Она не может иметь детей. Люк наверняка хочет детей, в венах которых текла бы его кровь. Она уверена в этом, несмотря на его слова о плохих генах. Как он может так думать, если создал такую успешную компанию и запатентовал столько новинок электроники. Он умный, сильный, здоровый, у него определенно хорошие гены.

Она не может позволить ему остаться с ними. Чтобы Карл посчитал его папой, а потом в один прекрасный момент этот папа просто бы исчез. Скарлетт посмотрела в окно. У нее было чувство, будто она едет навстречу своей сердечной катастрофе.

– Ты слишком напряжена. Тебя что-то беспокоит?

Она улыбнулась:

– Извини. Иногда я думаю о моих пациентах. Не могу избавиться от беспокойных мыслей.

Лимузин остановился, и Скарлетт увидела, что они подъехали к взлетно-посадочной полосе аэропорта Ройала. Через несколько минут они уже находились на борту частного самолета.

– Водитель лимузина сидит рядом с пилотом?

– Да, Джейк также имеет лицензию пилота, поэтому может управлять самолетом, если это необходимо. Я не люблю рисковать. – Люк улыбнулся. – Ты должна приехать ко мне в гости, Скарлетт. Посмотреть, где я живу. Я тебе покажу. В Калифорнии есть все, что ты только пожелаешь.

Она улыбнулась в ответ:

– Я не могу бросить моих пациентов и ветеринарную практику.

– Ты сможешь. Если тебя некем заменить, ты просто должна принять на работу еще одного врача.

– Может быть, когда-нибудь, Люк. – Скарлетт сомневалась, что это когда-либо случится.

В Далласе их встретил другой лимузин с водителем, который тоже работал на Люка. Этот мужчина имел все, что хотел и когда хотел. Она в очередной раз отметила, что совершенно не вписывается в его блестящий мир со своими собаками, ветеринарной клиникой, маленьким Карлом и простой жизнью на ранчо. Они проведут вместе еще одну, максимум две ночи, потом он вернется в Кремниевую долину и больше о ней не вспомнит. Ей нужно это осознать, чтобы не осталось места иллюзиям.

Они поднялись на последний этаж здания, и он открыл дверь своего великолепного пентхауса.

– Люк, это потрясающе, – сказала Скарлетт, входя в большую элегантную гостиную с зеркалами, картинами на стенах, удобной мебелью и вазами с живыми цветами.

В комнате было мягкое освещение, Люк включил музыку, зажег свечи.

– Я заказал ужин и сообщил о времени нашего приземления, так что скоро все должно быть готово.

Прозвенел звонок, Люк обернулся.

– Вот и ужин, – объявил он, открыв дверь.

Вошли два официанта с тележкой.

Пока они накрывали на стол, Скарлетт, подойдя к большому панорамному окну, любовалась мерцающими огнями Далласа, простиравшегося на мили во всех направлениях. Манящие ароматы горячего хлеба, кофе, стейков и пряностей наполнили комнату. Вскоре официанты исчезли.

Люк погасил свет, снял пиджак, галстук, расстегнул верхние пуговицы рубашки. Сердце Скарлетт пустилось вскачь, у нее перехватило дыхание. Она забыла про чудесный вид из окна и вкусный ужин. Перед ней красивый мужчина, которого она всегда любила. Мужчина, который никогда ее не полюбит.

– Все это время я думал только о тебе. Ждал этого момента с тех пор, как мы сегодня утром вместе принимали душ. Ты прекрасна, Скарлетт. Не могу передать, как сильно ты меня возбуждаешь. – Он обнял ее.