Но, когда его глаза все же уцепились за кого-то у самого входа, Белла продолжала внутренне негодовать от пренебрежительного отношения к ней и тайно любоваться мужским обаянием.
Неужели она когда-то употребила при нем слово «индюк»? Если нет, то он действительно обладал какими-то невероятными способностями. Может, он умел читать мысли?
И когда он резко повернул к ней голову, а невидимые доберманы вокруг него оскалились, она вдруг ощутила знакомое чувство тревоги, настолько холодное, что по коже пробежали мурашки.
– Прошу вас, Белла, возвращайтесь к своему столику. – Голос был тихий, но твердый, и давление, что чувствовалось в его интонации, заставило ее вздрогнуть и машинально попятиться.
Она с опаской взглянула на него, как будто перед ней стоял не мужчина вовсе, а жуткий монстр, решающий, чем он будет лакомиться на обед. И вдруг на смену колючей раздражительности пришла необъяснимая тревога и от чего-то все мышцы его точеного лица как будто замерли, в ожидании страшных вестей. Алекс с трудом глотнул, словно в эту секунду решалась его судьба.
– Вы самый странный человек из всех, кого я когда-либо встречала, – тихо сказала Белла, нахмурив бровки. Задержав на нем негодующий взгляд, она медленно развернулась и двинулась в сторону седьмого столика, придерживая длинную юбку платья.
А ведь ей было невдомек, что ее собеседник только что ощутил самый жуткий и пронизывающий тело страх. Она не слышала, как гулко стучало мужское сердце, словно его жизнь висела на волоске. Она и понятия не имела, как сильно Алекс боялся быть узнанным.
Исключительно ею.
* * *
На сцене появилась пятая девушка в ярко-красном сверкающем платье с глубоким декольте, раскрывающим пышную красивую грудь. Черные густые волосы плавными волнами спадали на спину, и всякий раз, когда красотка демонстративно вертелась перед публикой, они игриво щекотали ее бронзовые плечи.
– Думаю, эта девушка – самая красивая из всех, что выходили ранее, – с видом знатока, сказала Соня, сложив руки на груди. – Сколько еще осталось?
– Две, – с улыбкой ответил Герман. Взглянув на Беллу, он спросил:– Ну что, как тебе?
– Думаю, что после этого жуткого зрелища я не смогу спать спокойно еще очень долго.
– А Соня считает ее красавицей, – усмехнулся он.
– Я не про нее говорю, а вообще. Только погляди, мужчины рассматривают каждый дюйм ее тела, а она при этом только улыбается!
Ведущий назвал стартовую цену в пять тысяч рублей и несколько мужских рук тут же всколыхнули воздух.
– Семь тысяч! – кивнул он толстяку в центре зала. – Так, здесь у нас десять тысяч! О, вижу руку, сколько? Пятнадцать тысяч!
– Не забывай, все средства уходят детям, – шепнул Герман.
– Это единственное, что меня успокаивает, – улыбнулась Белла, продолжая наблюдать за обезьянками в смокингах.
Через пару минут свидание с брюнеткой ушло с молотка за тридцать четыре тысячи, чему гости аплодировали с радостными улыбками на порозовевших от алкоголя лицах.
– Господа, не расслабляемся, впереди еще две красавицы, так что сделайте глоток прохладительного напитка и вновь ныряйте в омут с головой! – смеялся ведущий, держа в руках плотную карточку-подсказку и микрофон. Сделав минутную паузу, он продолжил: – Итак, давайте поприветствуем обольстительную красавицу Маргариту!
Оглушительный гул, свист и аплодисменты со скоростью света пронеслись по залу, и когда рыжеволосая девушка в белоснежном облегающем платье поднялась на сцену, посылая гостям воздушные поцелуи, сердце Беллы сжалось в комок. Ее двоюродная сестра ни капельки не изменилась, все те же рыжие волосы, «вредная» щербинка между зубами и дерзкая самоуверенная улыбка. В отличие от других девушек, Рита вела себя слишком свободно, пританцовывала в такт музыке, подмигивала мужчинам и не стесняясь дефилировала на сцене, то и дело отставляя вперед бедро. Ее загорелая нога тут же оголялась, упираясь в высокий вырез юбки, и мужская половина зала, словно стайка изголодавшихся котов, жадно облизывалась.
– Стартовая цена – пять тысяч рублей! Поехали, господа!
Вжавшись в стул, Белла чуть опустила голову, чтобы ее не было видно со сцены. И хотя она знала, что возможно Рита уже была в курсе ее местонахождения, ведь продажа седьмого лота не могла остаться не замеченной, она не хотела попадаться на глаза ненавистной родственнице. Возможно это было по-ребячески, но она удалила ее из друзей во всех социальных сетях, где была зарегистрирована. Так ей было легче не вспоминать ту бесконечно длинную ночь. К тому же, первые несколько дней от Риты приходили сообщения с жуткими оскорблениями, в которых имелось по несколько грамматических ошибок.
Бросив взгляд на мужчину, предложившего тридцать одну тысячу, Белла невольно перевела глаза на хмурого как туча Алекса. Он не смотрел на Риту, кривляющуюся на сцене и искренне верящую, что это красиво. Казалось, с каждой секундой Алекс все глубже погружался в бездонную пучину мыслей и вовсе не радужных, а скорее слишком устрашающих, как ночной кошмар, пугающий сонное и беспомощное сознание.
– Не могу смотреть на нее! – высказала свое мнение Соня, а Амалия уверенным кивком поддержала ее. – Как будто шило в одном месте застряло. Бо-о-ожечки, она еще и пузыри надувает!
Рита действительно надула большой розовый пузырь из жевательной резинки, а когда тот лопнул, подвыпивший мужчина за одним из первых столиков громко воскликнул, как будто сие зрелище видел впервые:
– Даю сорок тысяч!
И вновь аплодисменты, гул, поздравления с «покупкой». Мужчина в смокинге подошел к сцене и, предложив свою руку, помог счастливой Рите спуститься.
– Что скажешь? – засмеялся Герман, оценивающе глядя на Беллу. – Ладно, не отвечай, на твоем лице все написано.
– А танцы-то сегодня будут? – спросила Соня, игриво подергивая плечами. – Хочу танцевать!
– Все будет, – кивнул Герман, бросив мимолетный взгляд на Беллу, – осталось лишь одно свидание.
– Ура! Пирожочек мой, ты ведь пригласишь меня на медленный танец? – обратилась Соня к своему мужу, который чуть заметно покраснел.
Все кроме Гриши засмеялись, а ведущий тем временем объявлял:
– И на очереди последнее свидание с неподражаемой и очень скромной девушкой Беллой!
То, с каким интересом и томящим ожиданием на нее глядели сотни глаз, вызвало лишь резкую тошноту. Кровь мгновенно ударила в лицо, а пальцы с силой вцепились в края стула. Ведущий улыбнулся и попросил ее выйти на сцену, но Белла оцепенела настолько, что не могла даже моргнуть.
– Выходи! – просила Соня, радостно хлопая в ладоши, а на розоватом лице Гриши сияла счастливая улыбка. – Вставай! Ну же!
Зал громко аплодировал, из колонок вырывались звуки торжествующей музыки, а Белла никак не могла заставить себя подняться с места. И тогда на помощь пришел Герман. Он встал и предложил ей свою руку.
– Не переживай, все будет хорошо, – шепнул он, позволив себе слишком близко приблизиться к ее уху. И как только ее кожа почувствовала его теплое дыхание, она резко отпрянула от него и бросила на улыбающуюся Соню обозленный взгляд.
– Белла, вы только посмотрите, как вас поддерживают гости! – ликовал ведущий. – Уверен, сейчас многие мужчины выстроятся в ряд за свидание с вами! Выходите на сцену, просим!
И она двинулась вперед, судорожно передвигая ватными ногами. Приподняв длинную юбку, она поднялась на сцену и шепнула ведущему:
– Это какая-то ошибка…
Но мужчина лишь подмигнул ей, как будто знал то, о чем никто и не догадывался, и снова обратился к залу:
– Итак, господа, Белла – последняя участница распродажи свиданий. Смею заметить, что девушка перед вами невероятно застенчива. Скромность в наши дни – бесценное качество, не так ли?
– Пятнадцать тысяч! – выкрикнул мужчина из центра. Белла тут же оглянулась и увидела поднятую руку того самого извращенца с козлиной бородкой. – Даю пятнадцать тысяч!
– Глядите, Белла, тут торги уже без меня начались! – засмеялся ведущий и принял предложенную сумму. – Поехали! Пятнадцать тысяч, кто больше?
– Семнадцать! – выкрикнул кто-то за последними столиками.
– Восемнадцать!
– Даю двадцать!
С ужасом наблюдая за обезьяньими боями, что происходили в зале, Белла судорожно расставила руки в боки, пытаясь хоть как-то удержаться на ногах. Подташнивало от пожирающих мужских взглядов и ненавистных глаз Риты, восседавшей за одним из первых столиков. Словно непослушный ребенок, она развязно жевала жвачку и наглая щербинками между зубами то появлялась, то исчезала за пухлыми ярко-красными губами. Отведя глаза в сторону, Белла столкнулась с сочувствующим взглядом Кати, показывающей ей скрещенные пальцы на руках.
«Я с тобой!» – сказала она губами, и Белла едва заметно кивнула.
– Двадцать семь тысяч, – воскликнул мужик с бородкой, вновь потирая указательным пальцем губы.
Закрыв глаза, Белла крепче вцепилась в твердую ткань корсета, пытаясь одной лишь силой мысли вернуть время на несколько минут назад, чтобы успеть убежать отсюда до начала этого кошмара наяву. Ей бы сейчас не помешала та самая мантия-невидимка, что была у юного волшебника Поттера.
– Тридцать тысяч, – выкрикнул Герман, с хитрецой подмигнув Белле.
– Нет-нет! – со смехом воскликнул мужик с бородкой. – Тридцать одна тысяча!
– Тридцать пять! – тут же спохватился Герман.
Еще чуть-чуть и она упадет в обморок на радость Рите, что без конца посылала ей убийственный взгляд.
– Тридцать семь тысяч!
– Вы только посмотрите, на наших глазах происходит настоящая битва! – театрально-мрачным тоном заявил ведущий. – Итак, тридцать семь тысяч – раз!
– Пятьдесят тысяч.
Гости за первыми столиками повернулись назад, чтобы увидеть нового участника торгов. Но Белла уже знала, кому принадлежал этот глубокий голос, внезапно заставивший ее заметно успокоиться. Она смотрела на Алекса, полностью игнорировавшего ее взгляд, и вдруг заметила хитрую полуулыбку Кати.
"Спаси меня" отзывы
Отзывы читателей о книге "Спаси меня". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Спаси меня" друзьям в соцсетях.