— Я настояла на том, чтобы повесить портреты наших родителей, — продолжила Кэтрин. — Грей ни во что их не ставил и хотел сжечь портреты, но я ему не позволила.
«Как это ужасно, — подумала Дженнифер, — он так ненавидел родителей, что готов был уничтожить их портреты».
Что же, интересно, они натворили, что вызвали такую лютую ненависть?
— Почему?
— Почему я не дала ему сжечь их?
— Нет. Почему он их ненавидел?
Кэтрин, нахмурившись, опустила глаза.
— Это трудно объяснить, — задумчиво начала она. — Как я сказала, отец был холодным человеком. Безразличным. Он ни о ком, кроме самого себя, не заботился. А мать — она все делала ему назло. Они вечно ссорились. У матери был талант устраивать скандалы. В нашем доме даже на мгновение не устанавливался мир. Думаю, поэтому Грей построил новый дом, когда они умерли.
— Новый дом?
— Грейхевен построен Греем, — кивнула Кэтрин. — Когда девять лет назад он унаследовал все земли отца, то не захотел жить в старом доме. Брат построил новый дом на том же месте, у него есть земли выше и ниже по течению Джеймса, но здесь лучший участок, и он ближе к Уильямсбургу. В общем, он по кирпичику разобрал весь старый дом. Когда мы жили здесь детьми, плантация называлась Эджвуд. Он переименовал ее. Даже дом обставил новой мебелью и купил новое серебро. Не хотел, чтобы что-нибудь напоминало ему о родителях. — Она немного помолчала. — Как будто наших родителей вообще никогда не было. Вот почему я настояла, чтобы сохранились хотя бы их портреты.
Дженнифер с серьезным видом кивнула. Понятно.
— А я ничего не знаю о своих родителях, — призналась она, к удивлению Кэтрин. — Даже не помню их.
— А когда они умерли?
— Когда мне было девять.
— И вы совсем их не помните?
Дженнифер покачала головой. То немногое, что сохранилось у нее в памяти прежде, чем она стала жить с дядей, в таверне «Сосны», вспоминать ей не хотелось. Жаль, что у нее не сохранилось хоть что-нибудь от матери, какая-нибудь миниатюра или маленькая драгоценность, что напоминало бы ей о любящей семье.
Как странно, подумала Кэтрин. Их с Дженни судьбы и впрямь схожи. Она, аристократка, родившаяся и воспитанная леди так же, как и Дженни, пережила потерю родителей. Она впервые увидела в ней человека, а не просто пешку в непрерывной войне с Греем.
— Мои родители умерли, когда мне было тринадцать, — сказала Кэтрин. — Я очень хорошо помню их обоих. Крики, постоянные ссоры… Уже тогда я хотела, чтобы моим отцом был Грей. — Она увидела вопросительный взгляд Дженнифер и пояснила: — Брат был совсем другим. Более отзывчивым и добрым и готов был защищать меня и утешать, когда мне было плохо. Не знаю, как бы я пережила детство без него.
— А меня никто никогда не защищал, — еле слышно отозвалась Дженнифер и наткнулась на внимательный взгляд Кэтрин.
— А теперь есть кому, — сказала та.
Как считала Кэтрин, Дженнифер стала полноправным членом их семьи, а потому прилагала все силы для того, чтобы превратить молодую жену Грея в леди, которой можно было бы гордиться. Вместе со служанками-рабынями они с Дженни проводили многие часы за шитьем платьев для нее, используя новые ткани и переделывая старую одежду. При этом они пользовались специальными, модно одетыми куклами, которые выписывались из Англии.
Кэтрин также мучительно долго шлифовала речь Дженнифер, стараясь избавить ее от акцента, присущего низшим слоям. Потом она научит ее читать и писать и прочим премудростям, необходимым образованной леди. Но, прежде всего Кэтрин решила заняться ее внешностью. Оказалось, что чем больше Дженнифер становилась похожей на леди, тем раздраженнее вел себя за обедом Грей. Сестра посчитала это хорошим знаком.
Через две недели после того, как Дженнифер поселилась в Грейхевене, в солнечный и не по сезону теплый февральский день Мозес, ливрейный дворецкий, доложил Кэтрин, что в гостиной ее ждет посетительница. Он назвал имя этой женщины. Кэтрин с недоверием посмотрела на него и, хромая, направилась в гостиную с неподобающей леди быстротой.
— Госпожа Лайтфут, — сказала она явно недовольно, — что вы здесь делаете?
Мелисса Лайтфут улыбнулась ей, даже не встав с канапе.
— О, Кэтрин, дорогая, — сказала она елейным тоном. — Что за невежливый прием? Вы не хотите предложить мне что-нибудь выпить?
— Нет, — коротко ответила ей Кэтрин. — Я хочу, чтобы вы покинули мою гостиную.
— Вашу гостиную? — Мелисса поднялась на ноги и в упор, многозначительно посмотрела на Кэтрин. — Мне кажется, теперь здесь хозяйка — жена Грея. Мы с Кристофером приехали познакомиться с ней и просить ее о любезности нанести визит нам.
— Вот как! А где же ваш муж?
— Он сейчас же будет здесь. Смотрит, чтобы рабы как следует, привязали лошадей. — Кэтрин с трудом сохранила бесстрастное выражение лица. Правда, при этом так сильно сжала серебряный набалдашник трости, что у нее побелели костяшки пальцев. — Поскольку я друг вашей семьи, — продолжала Мелисса, — то хотела бы первой познакомиться с женой Грея. Дженни — так вроде бы ее зовут?
— Дженнифер, — поправила ее Кэтрин, словно и не заметив презрения в голосе Мелиссы.
Глядя на свою гостью, она лихорадочно искала способ выйти из этого затруднительного положения, ведь для Дженнифер это будет первая встреча с людьми их круга. Наконец, не найдя другого решения, она вежливо сказала:
— Конечно, я скажу Дженнифер, что вы с мужем приехали к ней с визитом, госпожа Лайтфут. Не угодно ли присесть? Я распоряжусь, чтобы слуги принесли что-нибудь освежающее.
Мелисса с победным видом снова села на канапе, артистически расправив юбки.
Кэтрин поднялась наверх и постучала в дверь Дженнифер.
— Дженнифер, — произнесла она несколько нервозно, — пожалуйста, спуститесь вниз. Там… визитеры… которые хотели бы познакомиться с вами.
Она хотела предупредить девушку, что Мелисса — любовница Грея, но решила пока не расстраивать ее. Успеет еще.
Тон Кэтрин невольно заставил Дженнифер разволноваться. Она до сих пор чувствовала себя здесь на положении прислуги, тем более что все требования Кэтрин, несмотря на неизменно вежливую форму, всегда звучали очень властно.
Девушка быстро надела новое синее платье, цвет которого выгодно подчеркивал теплый медовый оттенок ее кожи и светлые волосы. Кринолин был сравнительно неширок. Корсаж был оживлен жесткой треугольной пластиной с прекрасной вышивкой. Эта пластина и все еще непривычный корсет практически не позволяли Дженнифер сутулиться. Она «пустилась вниз с высоко поднятой головой следом за Кэтрин, немного задержалась у порога гостиной, а затем вошла в комнату.
На канапе с высокой спинкой восседала модно разодетая пара. Они тут же с алчным любопытством уставились на Дженнифер. Она чуть не шагнула назад под их взглядами, но вовремя овладела собой и приостановилась, чтобы рассмотреть гостей. Мужчина был примерно того же возраста, что и Грей, может быть, даже моложе и уж не в пример жизнерадостнее. Он был красив, значительно красивее Грея. Привлекали правильные черты его лица, прямой породистый нос, полные, чувственные губы. Его темно-синие глаза неотступно следили за каждым ее движением. Впрочем, несмотря на классическую красоту, он не обладал и долей той мужской притягательности, что так влекла к Грею. Едва Дженнифер поняла, что сравнивает гостя с Греем и муж явно тому проигрывает, как тут же с испугу переключила внимание на даму.
Леди царственно восседала на канапе. Ее темно-каштановые волосы выгодно контрастировали с восхитительной бледной кожей. Низкий прямоугольный вырез топазового платья приоткрывал волнующие выпуклости груди. Темные дуги бровей, в свою очередь, оттеняли золотистые глаза, которые сейчас со всех сторон оценивали Дженнифер.
Вспомнив о манерах, мужчина вскочил на ноги и с нескрываемым восхищением приветствовал Дженнифер. Оказалось, он весьма небольшого роста, особенно по сравнению с Греем.
— Замечательно, — тихонько пробормотал он.
Дама, грациозно привстав, улыбнулась Дженнифер то ли дружелюбно, то ли снисходительно.
— Мы прослышали, что Грей женился, — холодно сказала она, — и посчитали долгом заглянуть к вам. Как вы хороши, дорогая. Я и представить себе не могла более подходящего прибавления в семье Грейсонов.
Судя по вмиг окаменевшей Кэтрин, этот комплимент на самом деле был явным оскорблением. Дженнифер едва ли поняла его скрытый смысл — злоба или эмоции такого рода были чужды ей, — а потому ничего не сказала и только посмотрела на гостью ясными зелеными глазами. В разговор вступила Кэтрин.
— Дженнифер, — вежливо начала она, — это Кристофер Лайтфут и его жена, Мелисса. Они живут на соседней плантации под названием Кейв.
Глядя на манеры сестры своего мужа, Дженнифер поняла, что настоящей леди не следует обращать внимания на оскорбления. Видимо, это ангельское создание с золотистыми глазами — вовсе не леди, несмотря на свой обманчивый внешний вид. Итак, лучше всего ей перенимать манеры поведения Кэтрин.
— Рада вас видеть, — пробормотала она, неловко присев в реверансе и мысленно проклиная того, кто придумал эти чертовы кринолины.
Мелисса улыбнулась и сделала еще один недружественный выпад.
— Какой очаровательный и странный акцент у вас, госпожа Грейсон, — с издевкой произнесла она. — Может быть, вы иностранка?
— Ну, ну, — вмешался ее муж, прежде чем Дженнифер успела что-либо ответить, — сразу видно, что леди не из наших мест.
Дженнифер вздохнула с облегчением, в душе благодаря гостя за то, что он вмешался в разговор, но тут же с ужасом услышала следующий вопрос:
— Скажите, госпожа Грейсон, как вы встретились со своим мужем?
Дженнифер бросила умоляющий взгляд на Кэтрин, но по ее лицу поняла, что и та не знает, как выйти из этого неловкого положения. Она еще не успела подготовить благовидный ответ, ибо Грей вел себя как отшельник, визитеров они не ожидали. Церковь или другие общественные места Дженнифер пока не посещала.
"Свет во тьме" отзывы
Отзывы читателей о книге "Свет во тьме". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Свет во тьме" друзьям в соцсетях.