Открываю «Близких друзей».

Там человек пятнадцать.

Прокручиваю. В скрытых контактах…

Его лица на фото нет. Скрывает глубокий капюшон. Но он легко узнаваем. Ноги широко расставлены, руки впереди сложены в замок. Поза достаточно эпатажная и агрессивная.

— Кирилл `КАМ` Калиновский.

— Калиновского ты не получишь… — шепчет мне. — Он — мой.

— Подробнее…

— Это мой человек. Он останется на своем месте.

— А я думал, ты не изменяла мужу.

— Это — другое.

— Мда?… Так тесно общаться со своим бывшим любовником — это другое?

— Скажи мне, пожалуйста, что ты не копался…

— Я не копался. Но это очевидно, Женечка. У него слюни бегут ручьями… — ухмыляюсь ей. — И его руки… они помнят тебя…

Внимательно разглядывает меня. Склоняет голову на бок. Ищет что-то в моих глазах.

— Камеры?…

— Да… — киваю.

— Где?

— Их много в округе.

— Ты — больной… — вздыхает.

— И ты. Чтобы принимать меня таким… А ты принимаешь.

Её губы задумчиво скользят по моему виску.

Закрываю глаза, пытаясь прочувствовать глубину всех своих ощущений.

Принимает…

— Да, у нас когда-то, очень давно, начинались отношения. Как у тебя с Еленой. Я была не готова тогда… Но, он доставлял мне удовольствие в общении, и я решила расслабиться. Он умел открываться очень глубоко. Несколько раз был секс… Немного не мой формат, как мне тогда показалось… Но после тебя мне все казалось не моим форматом. Я это понимала и… нашла с ним альтернативную вкусную волну!

— Детали…

Наклоняется ближе… к моим глазам… и медленно… словно в каком-то ритме..

— Мне нравилось сверху… Не двигаться… Мы начинали игру… Трахали философию… Диалоги… Короткими фразами… На длинные нас не хватало… Обо всем… кроме секса… но в каждой фразе… Это могло длиться долго… Это было вкусно… А потом он срывался… Горячее родео! И я придушивала его. Он говорил, что я демон…

Мне хочется выпороть её. Да. Не лайтово, для разогрева. По-настоящему. И слышать тонкий звук хлыста при каждом ударе. И её вскрик.

— Он остановил это. САМ. И мы просто продолжили общение, исключив сексуальный подтекст.

Ух, ты! Какой оригинал! — с сомнением поднимаю я бровь.

— Почему он остановил это?

— Кирь… У него много эзотерической практики. Не мог позволить себе слишком залипнуть на женщину, потому что это гигантская трата энергии. Когда понял, что я начинаю вытеснять всё… Он тормознул в самом начале. Уехал на год. Мы остались друзьями. После этого ничего не было. Ни разу. Но мы варимся в одной мировоззренческой системе и нам ценно наше общение.

Умный мужик! Мне тоже надо было сбежать сразу. А лучше ДО. Но я ни о чем не жалею. А вот он… — да!

— Сарафан… колокольчики… чай… уверен, подарков — тьма.

— Это из паломнических путешествий. Жесты ДРУЖЕСКОГО внимания. Допрос окончен?

— Не дарят мужчины по-ДРУЖЕСКИ женщинам ТАКИЕ сарафаны.

— Пф…

— Моя девочка… ТЫ, которая слышит каждую мысль мужчины, чувствует… все его потребности… фантазии… — рисую пальцами по её предплечью. — Скажи мне. Честно. Что чувствует к тебе Кирилл? Нет, Я знаю. Хочу услышать от тебя.

— Мы это контролируем, Олег, — поджимает губы. — И, самое главное, не ЭТО — основа наших взаимоотношений. Это только одна из потушенных линий.

— Пару уточняющих вопросов. Когда он вернулся, ты была уже замужем?

— Да.

Понятно.

— Почему ты позволила ему тормознуть? Уверен, легко могла сломать и не отпустить.

— Я не ломаю мужчин.

— Спорно…

— После тебя я более щепетильна с этим!

— Ясно. Но это не совсем то, что мне нужно.

— Чего еще тебе надо?

— Мне нужны твои чувства к нему.

— Он классный… вкусный…

Ох, помню я этих классно-вкусных-борзых…

— Ты сожалеешь, что он тормознул?

— Нет. Он все сделал правильно. Я рада, что мы в таком формате.

Хорошо.

Ничья.

Остался последний… Самый важный раунд.

— А где Ася?

— Сегодня она у папы.

— Хорошо…

Черт!

— Я имел в виду…

— Заткнись, ладно. Ася с папой — это хорошо.

— Спасибо.

Я могу сделать все по-животному. Зверь внутри меня голоден, зол и силен. Она срезонирует. Но не хочу. Могу просадить её Вниз и взять, как Верхний, расчетливо. Уверен, её рефлексы сработают. Тоже не хочу. Вернее, хочу и того, и другого. Но это все потом. Мне нужно не её тело сейчас.

Что-то другое…

Она сидит на моих коленях.

Не могу этого осознать полностью. Опять это раздвоенное состояние. Я одновременно и в нашем прошлом, и в настоящем. Но моё восприятие где-то посередине. Там… в Италии… Как будто бы, оттуда смотрю на все происходящее.

Словно это сон. И скоро проснусь…

И у моего тела начинается истерика в виде тахикардии.

Но это же не сон.

Вот… мои пальцы сжимают её бедра. Реальные, упругие, гладкие… И я чувствую запах… И на каждом вдохе мне хочется жмуриться от того, как глубоко он проникает в меня, запуская мое тело.

Это никуда не денется. Это — не сон. Она моя, со мной… Мне не нужно просыпаться в свой ад.

А иногда мне кажется, что я просто уже умер. И мой отключающийся мозг доигрывает сценарии, проецируя в сознание вымученные мечты.

— Ты реальна…

— Как твои сны?..

— Их нет. Ну… Есть, конечно, кое-какие. Надеюсь вылечить это сегодня.

Перехватываю её руку со своей шеи. Целую в ладонь. Прикусываю в основании… Целую пальцы…

— Я забыл уже, как всё это… Я разучился… Заточил себя под другие кайфы.

Разучился ласкать женщину. Не доставлять удовольствие, а именно ласкать, давать нежность.

— Мне все равно, — её губы гладят мой висок. — Будь собой.

— Мне не все равно.

— Давай… ты Сверху?.. Мне будет легче. Ты все возьмешь сам.

— Я не к Нижней сюда ехал. К женщине своей любимой. Другого хочу, Жень. Поцелуй меня…

Немного подается вперед, к моим губам. Замирает… Разглядывает…

— Мне кажется, я уже принадлежал тебе еще до того, как встретил. Всегда чувствовал эту мощность возможных чувств, но ни к кому не испытывал это. Я все время держал место рядом с собой свободным. И меня переворачивала тогда, точно так же, как и сейчас, любая попытка встать на твое место. Понимаешь? Ты была ВСЕГДА. И когда появилась в реале…

— Я всё знаю. Не надо рваться. Больно это.

Прижимаюсь лицом к её шее. Вдох.

— Мне очень тяжело осознавать, что у тебя не так. Что кто-то может быть на моем месте.

— На твоем месте НИКОГДА никого не было. И не будет.

Да… такие вот признания в любви. Мне и этого много сейчас.

— Дай мне почувствовать это. Пожалуйста.

Всё делаю медленно. Внимательно наблюдая за всеми реакциями её тела. Поцелуй… Только касаюсь… Оставляя ей возможность отстраниться. Потихонечку каменеет.

— Мы делали это сотни раз, детка… Я очень тебя хочу. У меня уже крыша едет.

— Это смешно, но я боюсь, — отстраняется, чувствую её мандраж.

Встает с моих колен.

Это, б**ть, не смешно…

— Физически?… Это потому, что… я был тогда груб очень? Ну…

— Ах, замолчи ты, боже мой… Дай мне сигарету!

Прикуриваю, отдаю ей. Прикуриваю еще одну.

Её руки дрожат.

— Не накручивай! Не знаю! — нервно разводит ими. — У меня все эти годы… был только муж… я была уверена, что больше никого не будет. Никогда. И в моей голове что-то перестроилось. Мне тяжело выйти из этого. Тебе, как мужчине, это не понять.

— Еще как понять… А в салоне?..

— Там… ты расслабил меня, наверное. Включилось тело. Мозг отключился. Мне нужно выпить и расслабиться. Наверное…

— Чтобы взять, я должен тебя споить?… Нееет. Иди сюда. Хватит рефлексии.

Подтягивает между нами компьютерное кресло.

Улыбается. Истерично.

— Подожди…

— Шесть лет жду.

Отодвигаю в сторону кресло. Делает шаг за него. Что-то внутри меня щелкает. Пусть будет хоть как-нибудь! Пусть просто впустит. Дальше… Я все налажу между нами.

— Иди сюда.

— Я в душ!

— Ты только что оттуда. Еще и волосы не высохли.

— Хэй… чуть медленней, Хищник.

Перехватываю за талию. Вскрик.

— Хватит бегать, детка, — целую в шею. — Я ласково… съем тебя…

— Ты не умеешь…

— А нужно ласково?…

Не в состоянии я ласково…

Но она не права. Когда-то я умел. Я буду стараться.

Мои руки скользят по её спине. Под тонкую маечку.

— Я отвыкла от тебя… — мне хочется остановить этот поток слов, ловлю её губы.

— Привыкай…

Её губы что-то хрипло шепчут.

— А? — пытаюсь въехать.

— Ты…..больше.

Что там?…

Мне нужно прямо сейчас. Быстро. Просто разрядить нас. А потом всю ночь — «с чувством, с толком, с расстановкой».

Срываю футболку. Расстегиваю ремень. Аккуратно толкаю её на диван.

Падает на спину.

— Олег…

Больше? Что там?

— Иии?..

Джинсы прочь.

Стягиваю её шортики, вместе с трусиками.

Упирается пяткой в диван, отталкиваясь и двигаясь дальше.

— Иии… я… меньше…

— Больше… меньше… Что ты несешь?.. Иди ко мне скорей.

Это так кайфово… отпустить свое тело… Не в последний момент, а с самого начала. Встаю коленом на диван, разводя её бедра. Нависаю…

Взгляд всё еще слишком нервный. И я торможу, пробуя её на вкус — шея, плечи, грудь, прямо через тонкую ткань маечки. Вскрикивает… расслабляется… Да… вот так… хочу именно так… ничего не соображая… растворяясь в каждом ощущении.