Вскоре боль сменилась чудесным всепоглощающим чувством. Лия обвила руками плечи Джека, полностью отдавшись захлестнувшим ее волнам чувственного наслаждения. Было так неправильно, ошибочно находиться здесь с ним в таком виде, так ужасно скандально сидеть на нем обнаженной, получая порочное удовольствие, но она наслаждалась каждым мгновением этого действа.
– Вот так, дорогая, – то и дело хрипло повторял он.
Теперь он двигался мощными толчками, задевая невероятное местечко где-то очень глубоко у нее внутри. Его пальцы продолжали ласкать ее скользкие складки и невероятно чувствительный бугорок, увлекая все выше, к сияющим вершинам блаженства. Лия приникла к нему, позволяя ему задавать ритм, получая огромное удовольствие от трения гладкого шелка его жилета о ее напряженные чувствительные соски.
Джек зарычал и слегка приподнял ее, притянув к себе, чтобы втянуть сосок в рот. Он сделал последний мощный выпад, и она ощутила сильнейшую вспышку нестерпимой жажды, доводящей ее до предела. Затем последовал взрыв, наполнив ее дрожащее тело восторгом. Ее внутренние мышцы сомкнулись вокруг его естества, сжимая и отпуская, и из горла ее вырвались сдавленные рыдания радости и облегчения.
Несколько минут они оставались в тесных объятиях, тяжело дыша. Их разгоряченные тела медленно остывали. Джек ласково поглаживал ее по спине, возвращая к действительности. Лия неохотно приходила в себя, с сожалением расставаясь с чудесными мгновениями неописуемого блаженства.
– Все в порядке, любимая? – прошептал он ей на ухо.
Она слегка приподнялась, чтобы видеть его лицо. Он пригладил ее спутанные волосы, глядя на нее с нежностью и заботой.
– Да, я в порядке. Спасибо тебе.
Он поцеловал ее в нос.
– Пожалуйста, хотя я думаю, это мне следует благодарить тебя.
– Думаю, мы вполне можем разделить это чувство, разве нет? Можно ведь быть взаимно благодарными.
– Разумна, как всегда, мисс Кинкейд. И это еще одно твое качество, которое я высоко ценю.
Джек повернулся и лег на кушетку, расположив Лию поверх себя. Подняв свой сюртук с пола, он накрыл им их обоих, нежно обняв девушку и прижав ее к себе. В интимном месте у нее саднило и покалывало, но в остальном тело было охвачено сладкой истомой. Часть ее жаждала погрузиться в горячую ванну, но ей невыносима была сама мысль о том, чтобы покинуть его уютные объятия.
– Прости, что причинил тебе боль, – сказал Джек. – Обещаю, что в следующий раз этого не случится.
«В следующий раз?»
Эти беспечные ожидания с его стороны резко вернули ее к реальности. Как она могла быть такой глупой, чтобы допустить такое? Это соитие – каким бы захватывающим оно ни было – не только не решило ни одну из их проблем, а по правде говоря, создало еще больше.
Лия приподнялась, опираясь на его грудь. Джек лежал, небрежно раскинувшись, подперев голову мускулистой рукой. Волосы его были растрепаны, щеки все еще пылали румянцем страсти. Лии стоило огромных усилий не припасть снова к его восхитительному телу, вновь покрывая его поцелуями.
– Джек, несмотря на то что сейчас случилось, нам необходимо остановиться и подумать о том… о том, что будет дальше.
– А дальше я собираюсь получить специальную лицензию, так что мы поженимся как можно скорее или здесь, или в особняке Левертонов. Я думаю, скромное венчание будет наиболее уместно, ты согласна?
– Мы не будем вен…
Когда он прижал палец к ее губам, Лия утратила дар речи.
– Я не могу дождаться минуты, когда мы вернемся в Стоунфелл, – сказал Джек. – Все будут очень рады вновь увидеть тебя. Особенно твоя бабушка.
На мгновение Лия представила себе, как они возвращаются домой мужем и женой, и сердце у нее защемило от предвкушения и тоски.
– Ты знаешь, что это не так легко, как ты хочешь представить, – произнесла она.
– Конечно, это не трудно. Кроме того, кто, как не ты, может принять правильное решение насчет этих чертовых свиней, с которыми постоянно пристает Линдзи? Я понятия не имею, что ему ответить, а ты разберешься.
Лия невольно улыбнулась.
– Мне казалось, мы не собирались говорить о свиньях.
– Я подумал, что темы секса следует избегать, но, как видно, придется отложить этот вопрос до… постели, как говорится.
Это была ужасная шутка, но Лия не смогла удержаться от смеха. Она сказала себе, что это от нервов, а не от того, что все, что он говорил, представлялось совершенно правильным. Стоунфелл их дом, именно там ее настоящее место.
– Джек, ты в этом уверен? В самом деле уверен?
Он ласково обхватил ладонью ее затылок.
– Лия, ты меня любишь?
– Конечно, люблю, дурачок. Как ты можешь об этом спрашивать?
– Я просто хотел окончательно выяснить этот вопрос, – усмехнулся он. – А раз это так, я вновь уверяю тебя, что все будет в порядке.
Она обдумывала его слова некоторое время.
– А ты любишь меня?
Джек поцеловал ее в макушку.
– Милая, никто в мире не смог бы любить тебя больше, чем я. В этом можешь не сомневаться.
У Лии больно сжалось сердце, потому что он говорил о любви слишком небрежно, чтобы пробудить радость. Так много препятствий стояло у них на пути, начиная с леди Джон. Только горячая искренняя любовь могла надеяться устоять против матери, которая прокляла предполагаемую невестку и всю ее семью. Матери, желавшей больше всего на свете увидеть Кинкейдов поверженными.
Лия не была уверена, что именно такая любовь существует между ней и Джеком или что их любовь когда-либо станет такой.
Глава 23
– Мама, как вы могли? – укоризненно спросила Лия. – Вы ведь знали, какие неприятности это повлечет за собой.
Ее мать сидела перед заставленным мелочами комодом, служившим ей туалетным столиком. Снимая с лица грим, она то и дело бросала взгляды на дверь, словно искала возможность сбежать. Репетиция закончилась, большинство актеров и рабочих сцены отправились ужинать. Вот почему Лия выбрала это тихое время, чтобы поговорить с матерью без помех.
После волнующей встречи с Джеком прошлой ночью она отчаянно нуждалась в совете, вдобавок Джек настаивал на немедленной женитьбе, и мать могла понять ее лучше, чем кто-либо другой, не считая бабушки. Она наверняка расценивала брак с Джеком как удачный вариант, но по крайней мере не стала бы притворяться, будто это волшебная сказка со счастливым концом.
Несмотря на ремесло лицедейки, мать жила в реальном мире. Если кто и мог сказать Лии неприкрытую правду, то только она.
– Я не уйду, пока вы не объясните хоть что-нибудь, – произнесла Лия, так и не дождавшись ответа. – Не пытайтесь не замечать меня в надежде, что я исчезну.
Марианна театрально вздохнула и посмотрела наконец дочери в глаза.
– Ты всегда была упрямой, с самого детства. Когда я отправляла тебя в постель, ты упиралась в пол своими маленькими ножками и отказывалась двинуться с места, а когда няня пыталась отвести тебя в детскую, поднимала крик.
Лия выразительно возвела глаза к потолку. По словам бабушки, она была послушным ребенком с веселым покладистым нравом. Возможно, в этом и заключалась проблема: она всегда была слишком уступчивой, старалась всем угодить, вместо того чтобы подумать о себе.
– Я помню другое. И перестаньте уходить от ответа, мама. Да, это старая история, но я хочу знать, почему вы вступили в связь с лордом Джоном. Эта выходка кажется безумной.
Мать тотчас ощетинилась.
– Слово «старая» мне совершенно не подходит, девочка моя. Боже милостивый, тебя послушать, так я какая-то старая карга!
Как и следовало ожидать, тщеславие не давало матушке задуматься о боли, которую причинил ее поступок другим.
– Мама! – прозвучало в голосе Лии предостережение.
– Ладно. Мне было одиноко: вы с Ребеккой уехали на север с лордом Лендейлом, а я не так давно рассталась со своим любовником. Я была расстроена и… немного испугана, если хочешь знать правду. Меня терзало одиночество.
– Я этого не понимаю, – в замешательстве проговорила Лия. – Я думала, вы испытали облегчение, когда мы уехали.
Мать уронила руки на колени и взволнованно сплела пальцы.
– «Облегчение» неверное слово. Да, держать ребенка в доме подчас не слишком удобно, но дело было не в этом. До того как я смогла наконец зарабатывать на жизнь актерской игрой, я нуждалась в помощи покровителя, богатого любовника, который меня содержал. Я хотела, чтобы ты росла в более… подходящей обстановке. Твоя бабушка согласилась со мной.
– Значит, на самом деле вы скучали по мне? – мягко спросила Лия.
– Конечно, я ведь любила тебя, – улыбнулась сквозь слезы Марианна. – Я и теперь тебя люблю.
У Лии до боли сжалось горло.
– Я тоже тосковала без вас.
– Спасибо, дорогая, но мы не должны грустить о прошлом. Все ведь устроилось как нельзя лучше, верно?
– Это еще вопрос. Но вы так и не сказали мне, зачем сошлись с лордом Джоном. Помимо всего прочего, его карманы насквозь проела моль, насколько я понимаю. Подобный выбор практичным не назовешь.
– Верно, но он был такой очаровательный и вдобавок красивый. Он, должно быть, почувствовал, что мне одиноко, и начал ухаживать за мной. Это он отлично умел. Уверена, ты об этом слышала. – Мать проказливо подмигнула дочери. – К тому же он был великолепным любовником. Могу только надеяться, что в этом отношении Джек не уступает отцу.
О подобном сравнении Лия не желала даже думать. Никогда.
– Так вы говорите, лорд Джон воспользовался вашим одиночеством? Это низкий поступок с его стороны, учитывая связь бабушки с его братом. Он должен был понимать, какую боль это причинит всем, и прежде всего его жене.
Мать сжала губы и снова занялась гримом.
Лия почувствовала разочарование, боль скрутила узлом желудок.
– Вы хотели этого, не так ли?
– А почему бы нет? – с вызовом бросила мать. – Разве я была недостаточно хороша для него? Разве все мы недостаточно хороши для этих чертовых Лендейлов? Я отдала собственную дочь под покровительство лорда Лендейла. – Прекрасные глаза ее засверкали гневом и обидой. – Лендейл уверял, будто преданно любит твою бабушку. И все же она оказалась недостаточно хороша, чтобы жениться на ней, верно? Ребекка пожертвовала всем ради него. Так что тут дурного, если я взяла крохотную долю того, что задолжала Кинкейдам эта проклятая заносчивая семья?
"Три недели с принцессой" отзывы
Отзывы читателей о книге "Три недели с принцессой". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Три недели с принцессой" друзьям в соцсетях.