Ей нужно поскорее убраться отсюда. Подальше от Риза и постоянно вьющихся вокруг него женщин. Подальше от этой вечеринки и счастья Бронте, которой Одри так сильно завидовала.

Прочь от воспоминаний об этом утешительном объятии и волшебном поцелуе. Ей льстило, что Риз хотел ее, но у Одри не было желания разбираться с вереницей его женщин. Особенно когда они были вместе. Одри отдала ему свое сердце, не получив ничего взамен. Она не могла позволить себе страдать, каждый раз, когда он встречался с кем-то еще.


***


О чем она только думала, когда решила спуститься с 13 этажа на высоких шпильках? Но она продолжала спускаться вниз, и с каждым лестничным пролетом ей становилось все хуже и хуже. Оказавшись на первом этаже, Одри была вымотана, как морально, так и физически.

Именно поэтому она застонала, когда открыла дверь и увидела стоящего там Риза. Риз улыбнулся, придерживая дверь. — Решила заняться спортом?

— Заткнись.

— Обычно все пользуются лифтом.

— Прошу тебя, заткнись.

— Только после того, как мы с тобой поговорим.

Она вздохнула, затем скрестила руки на груди. — О чем же нам говорить? Мы переспали, ничего особенного. Ты уехал. Конец истории.

— Я уехал, потому что ты ушла на свидание с другим мужчиной. И ты радовалась этому факту. Может, поговорим об этом?

— Ты обвиняешь меня? — она недоверчиво посмотрела на него. — Ты серьезно? Это ты струсил и сбежал.

— Это говорит та, кто только что спустилась по лестнице с 13 этажа?

Одри стиснула зубы.

— А теперь перестань менять тему.

— Я пошла на свидание с Кейдом, потому что он меня попросил, понятно? — Она ткнула пальцем его в грудь. — И я не понимала, что люблю другого, пока на протяжении всего свидания не переставала думать о тебе.

Выражение его лица смягчилось, и вернулась самодовольная ухмылка. — Значит, ты в меня влюбилась, да? Спорю, Кейду это не понравилось.

Одри залилась краской. Стоит ли ей начинать отрицать сказанное или продолжить откровенный разговор? — Кейд почувствовал облегчение, он относится ко мне, как к младшей сестре, — сказала она, между прочим. — Позже тем вечером он переспал с Дафной.

Риз прижался бедром к перилам, перегораживая Одри дорогу. — Я знаю того, кто в том доме не думал о тебе, как о младшей сестре.

— Я тоже его знаю, — шепнула Одри.

— Так почему, зная это, ты продолжаешь от меня убегать?

— Потому что я не могу это сделать, Риз. То, что я совершила глупость, позволив себе в тебя влюбиться, не означает, что я снова запрыгну в твою постель, зная, что это всего лишь на время. И будет нечестно просить тебя измениться.

Он подался вперед, коснулся рукой ее щеки, а затем притянул к себе. — Итак, ты влюбилась в меня, да?

Одри слабо толкнула его. Было слишком приятно вновь оказаться в его объятиях. — Риз, не начинай.

— А что, если я скажу, что тоже не мог перестать думать о тебе? — Он склонил голову, касаясь губами ее уха. — Что если признаюсь, что сравнивал своих предыдущих женщин с тобой, и они тебе в подметки не годились? А еще у меня даже не было желания прикоснуться к другой женщине после тебя?

На ее губах появилась слабая улыбка. — Прошла всего неделя. Я бы сказала, это обычное поведение для нормального мужчины.

— Но я не такой, как все. Я же миллиардер-жигало Риз Дарем, — поддразнивал он. — Кажется, так ты меня называла. И неделя для меня — это вечность, особенно неделя без тебя. — Теперь он целовал ее горло. — А что если я скажу, что влюбился в тебя, когда ты поцеловала меня так, словно хотела, чтобы я никогда не забыл этого поцелуя? Что ты на это скажешь?

Она задрожала, сильнее прижимаясь к нему. Она крепко сжимала лацканы его пиджака, но она ничего не предприняла.

— А что, если я скажу, — продолжал бормотать Риз, покрывая поцелуями ее горло, поднимаясь к губам, — что хочу попробовать серьезные отношения с тобой? Только ты и я против всего мира?

— Я бы сказала, чтобы ты не врал на эту тему.

— Петардочка, ты знаешь, я кто угодно, но только не лгун. — Он быстро чмокнул ее в губы. — Так что ты на это скажешь?

Одри рванула его на себя, впечатываясь в его губы. — Я скажу, давай попробуем.

Он застонал, переместил руку на ее ногу, и закинул ее себе на бедро. — А, вот моя девочка. — Этот, пожалуй, был жестким и быстрым. Одри не понимала, кому принадлежала инициатива — ему или ей, но было ясно одно, они оба испытывали отчаянное желание. Одри стонала, прижимаясь к нему грудью, крепче обнимая ногой. Ее юбка задралась, но ей было все равно.

— Ты, пиздец, какая сексуальная в образе прилежной помощницы, — шептал он возле ее губ. — Они хоть представляют, настолько ты неотразима, когда злишься?

— Только ты, — выдохнула она. — Я такая только с тобой и только для тебя.

— Хорошо, — рыкнул он и снова жадно ее поцеловал, прижимая к лестничной двери.

Кто-то кашлянул, Риз и Одри оторвались друг от друга и огляделись по сторонам. В коридоре стоял покрасневший портье.

— Вы что-то хотели? — спросил Риз, не убирая руки с бедер Одри.

— Сэр, вы находитесь в центре холла, — уточнил портье.

Одри прикусила мочку Риза и прошептала. — На 13 этаже есть подсобка.

— Вот сейчас ты дело говоришь. Ты сможешь подняться по лестнице на 13 этаж?

— Может, на этот раз воспользуемся лифтом? — Она поправила пучок и вздрогнула, когда Риз посмотрел на ее волосы, и она увидела в них столько страсти, словно она только что сжала его член на публике. Сохраняя невозмутимое выражение лица, Одри подошла к лифту, нажала на кнопку, в то же время поправляя юбку. Риз подошел следом, и они, молча стояли, терпеливо дожидаясь лифта.

Двери открылись, они зашли в кабину, больше никто не зашел, и двери закрылись. Как только двери захлопнулись, она снова набросились друг на друга: руки ныряли под пиджаки, губы слились, а маленькую кабину пополнили стоны. Она гладила перед его брюк, чувствуя под рукой твердую плоть, и упивалась своим влиянием на него.

— Твою мать, — простонал Риз, когда она сжала его член через брюки. — Самый медленный лифт в мире.

— Именно поэтому я спускалась по лестнице, — хихикая, ответила Одри.

Двери, наконец, открылись, и они вывалились из кабины, не выпуская друг друга из объятий. К счастью, в коридоре никого не было, Одри пошла вперед, в противоположную от зала сторону, прямо к небольшой подсобке, где хранились украшения для зала и принадлежности уборщика. Она знала, что дверь будет не заперта, поэтому повернула дверную ручку и кивнула Ризу, чтобы он шел за ней.

— Как ты узнала об этой комнате?

Она пожала плечами. — Обычно я приглядываю за обслуживающим персоналом во время шумных вечеринок, никогда не знаешь, когда может понадобиться швабра.

— Ты такая предусмотрительная, — сказал Риз и произнес это так, будто это было самой сексуальной вещью на земле.

Она захлопнула дверь, закрыла щеколду, горя всем телом от нетерпения. — Ты говоришь приятные слова.

Риз притянул ее к себе и начал жадно целовать. Спустя мгновение он застонал, прижимаясь лбом к ее лбу. — Блядь.

— Что такое?

— У меня нет презерватива.

— На тебя это не похоже, — пошутила она.

Он хмыкнул в темноте. — Я не планировал ничего такого. Думал только о том, как выкроить удачный момент и поговорить с тобой.

Одри еще раз провела рукой по его оттопыренному переду брюк. — Я готова рискнуть. Ты мне очень нужен, и мне плевать как.

— Ты уверена?

— Уверена. — Ее рука переместилась на ширинку.

— И мне можно задрать твою коротенькую сексуальную юбочку?

Одри засмеялась, когда Риз пригвоздил ее к стене. — Ты имеешь в виду мою строгую юбку-карандаш?

— Да, ту, что обтягивают твою сочную задницу и заставляет меня думать о множестве непристойностей, которые я могу с тобой сотворить. — Он дернул юбку вверх, обнажая трусики. — Слава богу, ты без колготок.

— Только я, без каких-либо препятствий, — поддакивала она. Одри не сдержала стон, когда его палец скользнул под трусики прямиком к клитору. — О, господи, Риз, я так сильно тебя хочу.

— Тогда избавься от трусиков, — шепнул он.

Она так и сделала, а затем он оказался у нее между ног со спущенными до колен брюками. Она ощущала жар от его плоти и взвыла от чистого наслаждения, когда он вошел в нее. — О, Риз!

— Охуеть, петардочка, ты такая шелковистая, — вторил Риз, прижимаясь к ее лбу. — Думаю, теперь я должен трахать тебя без защиты. Это потрясающие ощущения.

— Я начну принимать противозачаточные, — заверила она его.

— Хорошо, что мы уже 5 минут как состоим в серьезных отношениях. Потому что, мне кажется, я попал на небеса. — Он качнул бедрами, впечатывая ее в стену, и Одри застонала, цепляясь за него. Его толчки были быстрыми и резкими, показывающие, что долго он не продержится. И Одри хотелось, чтобы их примирительный секс был грубым и быстрым.

Поэтому она опустила руку между их телами и нащупала клитор. Каждый его толчок она теребила клитор, от чего начинала стонать.

— Черт, петарда, — прорычал он, — прикосновения к тебе, сводят меня с ума. Мне не сдержаться.

— Тебе и не нужно, — выдохнула она, а затем закричала, чувствуя начинающийся оргазм.

Риз выкрикнул ее имя и сильнее качнул бедрами. Одри продолжала кончать, когда почувствовала содрогания Риза и струю горячей спермы.

Она попыталась опустить ногу, но он остановил ее. Его рука продолжала крепко сжимать ее бедро, словно он хотел навсегда остаться соединенным с ней. Одри не возражала.

Риз коснулся ее губ, на этот раз, целуя медленно и нежно. — Возможно, я только что сделал тебе ребенка. Это очень безответственный поступок для той, кто гордится своим благоразумием.