Аято вновь взял протянутую ему бумажку и, развернув её, сразу же начал читать вслух.
«Эиджи, мне жаль, что приходится говорить это на расстоянии, но я устала скрываться от тебя изо дня в день. Уже изначально я не давала тебе никакой надежды на то, что между нами опять может что-то вспыхнуть. Видимо, ты посчитал иначе. Я не испытываю к тебе ничего, кроме жалости от ушедших дней и страха за свою семью, которую ты не оставляешь в покое. Эцуко дочь Арэто, неважно, биологически или нет, но он её настоящий отец. Я не хочу, чтобы она встречалась с тобой, у неё уже есть любящие и заботливые родители. Восемь лет назад я совершила ошибку, но теперь ни за что не предам своих родных. Арэто мой единственный мужчина, а Эцуко и Аято наши дети. Иначе быть не может, поэтому больше не приближайся к нам ни на шаг. Прости за всё, что заставила тебя пережить. И прощай.
Та, с которой теперь у тебя нет ничего общего».
– И это было её окончательным решением, – произнёс Киоши-сан осевшим и окутанным мрачностью голосом. – Ты можешь не верить, но я любил её всей душой. Сильнее мои чувства были разве что к твоей сестре…
– Хотите сказать, что даже жестокие диктаторы способны на любовь? – перебил его блондин с явной усмешкой.
– Не совсем. Скорее жестокими диктаторами люди становятся от разочарований в любви. После того предательства, когда я лишился дочери и любимой женщины, у меня отнялось всё то, что отвечало за положительные эмоции. Мои надежды разрушились, а на их место пришли дикая ярость, злость и обида. Я человек не мстительный, но иногда люди приносят столько вреда, что от них следует избавляться, – на этих словах Аято резко встрепенулся, пока в его голове всплывали события восемнадцатилетней давности. – Те тесты на отцовство, которые ты нашёл, я сделал лишь для своего собственного успокоения. Понимаешь ли, в этом мире доверять нельзя никому. Да и мне нужно было быть уверенным в том, что я не ошибся, воплотив свой план в реальность.
Такимура слушал урывками, периодически поглядывал на раскрытые папки, конверты с письмами, но молча обдумывал что-то своё. Когда же Киоши-сан заметил беспокойство и зарождающееся негодование в глазах парня, то окликнул его, на что Аято никак не отреагировал. Но только босс собирался произнести его имя вновь, как вдруг блондин резко подорвался с кровати, набрасываясь на мужчину с вопросом, ответ на который так долго был окутан дымкой лжи.
– Что произошло в тот вечер?
Киоши-сан на секунду замялся, а затем облизал пересохшие губы и, как бы невзначай, произнёс:
– Я поклялся себе, что воспитаю из Эцуко будущего предводителя Danaus. Она станет лучшей версией меня, сохранив в себе все достоинства Каори. Джесс выросла самой яркой бабочкой группировки…
– Что случилось в тот вечер?! – Аято уже сорвался на крик, но босс, словно специально, игнорировал его вопрос.
– …Тебя же, сына Арэто, я всем сердцем желал заставить пройти через всё то, что пришлось пережить мне. А именно, потеря любимого человека, предательство близких…
– Я спрашиваю, что вы сделали с моими родителями?! – накал между ними всё возрастал. Такимура уже не мог контролировать свою агрессию.
– …Но со временем твоего нахождения в Danaus я изменил некоторые планы на твой счёт. Ты мне пригляделся. И, знаешь, оставить тебя здесь в качестве уважаемого члена группировки стоило мне не одной бессонной ночи. Всё-таки удивительно, что у такого грязного ублюдка, как Арэто, может быть такой воинственный и бесстрашный сын, как ты…
– Да вы издеваетесь! – последние нервы парня сдали, и он грубо вцепился в воротник пиджака Киоши-сана. – Что вы сделали с моей семьёй? Что с ними произошло?!
– Отвечай!
Аято с боссом мгновенно обернулись на возглас и увидели стоящую в дверном проёме Эцуко.
– Джесс, милая, – сразу же стушевался Киоши-сан, когда Такимура от растерянности отпустил его.
– Ты всё это время мне врал?! – голосом девушки можно было порезать стекло, настолько отчаянно и злобно кричала она.
– С какого момента ты здесь стоишь? Что ты слышала? – попытавшись успокоить её, выставил руки вперёд мужчина и медленно поднялся с кровати.
– Я услышала достаточно, папочка, – никогда ещё девушке не было так противно называть Киоши-сана своим отцом. – Ты воспользовался моей потерей памяти, – Джесс на секунду примолкла, – или же поспособствовал ей…
– Что за чушь, – играючи усмехнулся босс.
– Нет! Это ты несёшь полный бред. Я помню! Помню, как лежала в больнице, а медсёстры говорили о том, что у меня травмирована височная доля. Как я могла сама заработать стационарную амнезию? Это определённо было получено после удара. Но кто сделал это со мной?!
Аято стоял в стороне, не решаясь встрять в разгорячённый спор, пока Киоши-сан бегал глазами из стороны в сторону. Впервые он выглядел настолько потерянным.
– Джесс…, – было обратился мужчина к дочери.
– Эцуко! Меня зовут Такимура Эцуко, – парировала девушка, краем глаза смотря на брата. – А теперь ответь на вопрос. Кто убил наших с Аято родителей?
Босс стоял неподвижно, словно ноги вросли в ворсистый ковёр. А его язык окаменел и не был способен даже отлепиться от нёба. Эцуко сделала несколько твёрдых шагов вперёд, приближаясь к отцу вплотную и, смотря ему прямо в глаза, процедила:
– Это был ты. Ты убил нашу семью, подставил маму, забрал меня к себе и заставил брата страдать. Это всё твоих рук дело. Ты убил маму и папу. Их кровь пролилась из-за тебя.
– Они сами были виноваты в том, что произошло! – резко прокричал Киоши-сан, и это можно было считать за признание.
Мгновение, и на него со спины набросился разъярённый Аято. Его ладонь сжимает пистолет, но босс реагирует слишком быстро, и Беретта отлетает на пол. Парень тут же кидается вперёд, начиная безжалостно дубасить мужчину по голове, когда тот со всей силой бьёт его под дых. Удар за ударом. Такимура ещё стоит на ногах, как вдруг замечает, что Эцуко в комнате уже нет. Воспользовавшись заминкой блондина, Киоши-сан заламывает ему руку, и кости хрустят.
Внезапно, по всему зданию разносится оглушительный рёв сирен. Встроенные лампы с бешеной скоростью мигают красным, а рация в заднем кармане брюк мужчины хрипит. Через несколько секунд из неё раздаётся перепуганный голос Фудо:
– Босс, к нам направляется штурмовая команда SAT. Они вооружены и собираются окружить всю территорию штаба.
16.Кровавая джига
Четырьмя часами ранее Кен сидел в отделе расследований. Допивая охлаждённый кофе, молодой следователь изучал на компьютере крайние районы Осаки и близлежащие города. Когда Судзуки поставил пустой пластиковый стаканчик на стол, а на мониторе уже появилась карта префектуры Киото, внезапно, в кармане завибрировал телефон.
Номер неизвестен. И внутри Кена щёлкнуло какое-то плохое предчувствие. Замявшись на пару секунд, шатен всё-таки решил ответить на звонок. Но как только он поднёс телефон к уху, из динамика раздался запыхавшийся и испуганный голос:
– Я в подвале, прошу, найди меня.
Связь оборвалась прежде, чем Судзуки успел что-либо спросить. Он застыл с раскрытым ртом и удивлённо выпученными глазами. Растерянный взгляд устремился в клавишу caps lock. Вдруг прямо за спиной прозвучал хриплый смех следователя Акияма.
– Всё в порядке? Выглядишь сбитым с толку, – под наигранным беспокойством просматривалась явная насмешка.
Кен положил телефон на стол и вполоборота посмотрел на своего коллегу. Следователь Акияма всегда казался чересчур легкомысленным и беспечным. А ещё у него была навязчивая привычка – лезть не в своё дело. Но сейчас Судзуки даже обрадовался такому внезапному вторжению. Душный мужчина вывел его из прострации и пугающих мыслей.
– А? Нет, всё хорошо. Спасибо, – облизав пересохшие губы, Кен добавил. – Комиссар Маэда на месте?
Следователь Акияма подозрительно прищурился, но так и не найдя объяснения столь странному поведению шатена, пожал плечами и безразлично фыркнул:
– Не знаю. Пять минут назад видел его возле автоматов со снеками. А что такое? Нужна его помощь в расследовании? Разве ты не закрыл дело о кражи в доме госпожи Абэ на прошлой неделе?
Но ответа мужчина уже не услышал. А Судзуки с молниеносной скоростью мчался на первый этаж. Комиссар Маэда сидел за столиком в комнате отдыха и, листая какие-то документы, попивал чай. Кен ворвался в дверной проём, как торпеда, чем сильно напугал двух офицеров, выходящих в коридор. Комиссар же, привыкший к такой взбудораженности шатена, даже не повёл глазом, продолжая пить свой пуэр. Резко подсев к мужчине, Судзуки слегка нагнулся к нему и тихо, чтобы никто не расслышал, сказал:
– Мне поступил звонок с неизвестного номера, – господин Маэда заинтригованно поднял бровь и отставил чашку чая в сторону. – Какой-то человек просил о помощи. Он отключился, буквально, через пару секунд…
– Вы перезванивали? – сразу же перешёл к делу комиссар, на что Кен кивнул.
– Пока бежал к вам. Попытался дозвониться. Но безуспешно. Звонок не проходит. Видимо, телефон отключен…
– Есть догадки, кто это мог быть?
Судзуки непонимающе нахмурился.
– Думаете, я знаком с этим человеком?
– Тогда откуда у него ваш номер? Если бы это был обычный потерпевший, то он бы обратился в кобан или полицейский отдел. С чего бы ему звонить именно вам? – видя замешательство на лице следователя, комиссар задал наводящий вопрос. – За последние месяца три вы говорили кому-либо свой номер телефона?
Вначале Кен немного опешил, но спустя мгновенье его лицо вытянулось так, словно к нему пришло озарение.
– Тору…, – еле слышно пробормотал он.
– Кто? – переспросил господин Маэда.
– Помните того парнишку из Данаиды Монарх? Он как-то заявился к нам в участок, говоря, что у него украли кошелёк…
"Я не хочу остаться один" отзывы
Отзывы читателей о книге "Я не хочу остаться один". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Я не хочу остаться один" друзьям в соцсетях.